Экономика

Глобальный кризис вынуждает государства во всем мире усиливать влияние на ситуацию в ключевых отраслях экономики. В этом ряду Россия не является исключением: в руках правительства оказалась судьба, в том числе, металлургического комплекса. Взяв курс на поддержку российских компаний, руководство страны рассчитывает сохранить потенциал роста за счет повышения внутреннего спроса и в перспективе изменить расклад сил на мировом рынке.

Читать далее →

«Украина не может выжить самостоятельно. Она обязательно должна быть вмонтирована в какую-то систему»

Читать далее →

«Пятерка по экономике» - единственная на сегодняшний день на российском телевидении аналитическая экономическая программа. Программа анализирует пять основных экономических событий прошедшей недели, вскрывая их взаимосвязи с мировыми финансовыми и политическими процессами. Гостями программы являются крупнейшие российские эксперты - от высокопоставленных чиновников до кабинетных ученых. Ведущий программы - один из наиболее глубоких современных исследователей мировой финансовой системы, знаток аппаратных кремлевских «игр»- известный экономист Михаил Хазин.

Читать далее →

Кризис продлится до тех пор, пока люди не осознают его причины и цели, - и начнут исправлять себя и общество, каким оно обязано быть в своей единой, глобальной системе, какой мы сейчас стали. Обратного пути нет.

Михаэль Лайтман
www.laitman.ru

Тот, кто первый разработает планы выхода из кризиса на базе правильной теории кризиса, скорее всего, станет мировым лидером XXI века.


Нынешнее глобальное финансовое, экономическое и политическое потрясение заставляет мыслящую часть рода человеческого говорить о конце очередной эпохи и строить радикальные прогнозы относительно нашего общего будущего. Простите, оговорился: нет никакого четкого плана всеобщего вечного счастья, не только радикального, но и вообще никакого!


Впрочем, кое-что мы все-таки обязаны сделать. Это максимально кропотливо разобраться в закончившейся эпохе и оценить уже видимые сегодня будущие угрозы.


Сейчас прогнозы по поводу жизни после кризиса делятся на два типа. Одни исходят из того, что мы имеем дело с циклическими событиями и что подобные кризисы уже были, а значит, мировая экономика восстановится, и человечество через какое-то время снова заживет как в докризисном мире.


Другие, напротив, утверждают, что кризис вовсе не экономический, а ценностный и что человеческая цивилизация подошла к некоему пределу. По-прежнему жить нельзя и не получится, а потому нужно придумывать новый план существования.


Страшилки, которыми пугают нас ученые, вовсе не бессмысленны. Нам необходимо понять, что мы способны сделать, а чего обязаны не делать. Человечество уже пережило и чудовищные эпидемии, и бессмысленные, с точки зрения абстрактной морали, разрушительные войны, и полный крах целых цивилизаций.


Пытаясь манипулировать природой, не имея представления о ее законах, мы утрачиваем свою человеческую идентичность, свое особое положение внутри природы, выделяющее нас из животных. Перефразируя Мичурина, можно сказать так: нам нечего ждать милостей от природы, выяснить, как их получить, - наша задача.


Сама природа посредством кризисов и катастроф толкает нас к развитию. И сейчас одного осознания причины кризиса уже мало, нужно действовать. А для этого нужно знать и законы развития природы, и законы, по которым существует человеческая ее часть. Ведь человек, не знающий этих законов будет неизбежно их нарушать.


Раскрывая законы природы, мы непременно обнаруживаем, что вся природа - это один организм, все части которого находятся в гармонии. А человек по незнанию эту гармонию постоянно нарушает. Создавая (прежде всего, между собой) неправильные связи, мы заводим наш мир все глубже в кризис, но стоит только изменить их, выстроить на правильной основе и кризис отступит.


Роберт Кеннеди как-то сказал, что валовой национальный продукт определяет все, кроме того, что делает жизнь стоящей. И с ним нельзя не согласиться. Прогресс следует измерять иначе, не связывая его с процентом прироста валового национального продукта или уровнем безработицы. Благополучие общества нужно оценивать по степени объединения его членов.


Сегодня сама жизнь требует от нас создания принципиально иной модели развития, разработки новой системы отношений с Природой, ее законами. Именно это позволит нам подняться на более высокую ступень развития, чтобы найти лекарство от кризиса.

Источник- (www.kabmir.com)

Читать далее →

И поэтому главная задача - это глобальное образование человечества, обучение на примерах природы, что означает «единый организм». Люди, а особенно правители, должны осознать, что возврата к прошлым правилам нет. Мир впервые стал иным. Он должен стать подобным высшему миру, т.е. люди должны обрести свойство «отдача» - вместо свойства «получение». Инверсно измениться. Надо об этом говорить и постепенно к этому привыкать. Иного пути нет.

Михаэль Лайтман

www.laitman.ru



Беседа каббалиста Михаэля Лайтмана с генеральным директором крупнейшего российского медиа-холдинга "Пронто Москва" Леонидом Макароном.


Л. Макарон: Недавно Обама с возмущение узнал, что из 47 миллиардов, которые были даны на поддержку американской банковской системы, почти 18 миллиардов банкиры, которые (ну, можно употребить это слово) уничтожили американскую банковскую и мировую глобальную финансовую систему, выплатили себе в качестве бонусов. И он потребовал от окружного нью-йоркского прокурора немедленно с этим разобраться и добиться того, чтобы деньги были возвращены.


Самое смешное, что именно те банки, которые стали причиной системного кризиса - Citibank, Merrill Lynch - именно эти люди получили больше всего денег, миллиарды долларов. Мне это напоминает ситуацию, когда в пропасть летит какой-то камень, а находящиеся на нем крысы продолжают рвать сыр на части, пытаясь его доесть.


В Давосе, как Вы знаете, выступил Владимир Путин, который уже не так жестко критикует Америку за этот кризис и предлагает рецепты выхода. Причем, рецепты во многом похожи на те, о которых говорили Вы: что мир должен объединиться, что экономика должна быть не такой эгоистичной, что должны быть учтены интересы всех участников этого процесса. И не только он об этом говорит - многие говорят об этом, понимая, очевидно, что наступило другое время.


И я хотел бы Вас спросить: понимание того, что мир един, во всяком случае, в глобальном кризисе, достаточно ли это? Хороший это знак? Может ли это каким-то образом повернуть сознание или нет?


М. Лайтман: Ну, я немножко по-другому смотрю на мир. Во-первых, я не виню ни Обаму, ни Merrill Lynch, ни прочие американские банки. Никто тут не виноват - эгоизм растет. Это закон природы. Растет из поколения в поколение. И сейчас он вырос до такого состояния, когда проявился в нас как замкнутая эгоистическая система.


А когда эта система замкнутая, то есть соединяются между собой ее части, то она становится уже всеобщей эгоистической системой. И там страшные законы, совершенно другие, то есть полнейшая зависимость друг от друга. И эта полнейшая зависимость друг от друга и предопределяет то, что произошло.


Природа построена на принципе живой природы, то есть гармоничного взаимодействия всех ее частей, а нашим эгоизмом мы создаем искусственную систему связи между собой: банковскую, торгово-промышленную, которая построена на обратном принципе. До тех пор, пока мы не поднялись до этого всеобщего уровня эгоистического маленькой деревни, мы, так сказать, жили. Было плохо, хорошо, но устраивались и понимали этот мир, и как-то в нем существовали.


Но как только мы сравнялись с природой по своему эгоизму, но противоположны ей, вот здесь и заработал этот кризис. И поэтому никто здесь не виноват: ни американцы, ни русские и вообще никто и никак. Это просто наша природа нас к этому подогнала, для того чтобы мы сейчас начали осознавать, где мы живем.


Л. Макарон: Если Вас прослушают американские руководители банковской системы, они скажут: "Ну, вот видите, Михаэль Лайтман сказал, что мы не виноваты, и поэтому бонусы мы получили справедливо".


М. Лайтман: Я не говорю об этих бонусах. Это естественно. А кто бы их ни получил? Кто бы от них вообще отказался? Тут популистские методы Абамы не помогут. Хотя я его никоим образом не критикую. Он хочет действительно блага для страны и, возможно, для всего мира. Но дело в том, что нам действительно надо принять за отправную точку нашего взгляда на мир, что это - природа. И поэтому для того чтобы придти к какому-то решению, нам надо изучать, что же это такое, что же это за система, в которую мы попали. Мы с вами как будто вдруг попали в какой-то неизведанный, неизвестный нам мир.


Л. Макарон: К сожалению, я должен признать, что все, о чем Вы говорили, оказалось правдой - это и состояние мировой экономики, состояние людей, их мироощущение. Все меняется, причем меняется очень быстро, я бы сказал, лавинообразно. Но я не думаю, что Вас это особо радует...


М. Лайтман: Нет, ни в коем случае! Потому что я (как, в общем-то, считающий себя альтруистом, каббалистом и человеком, который стремится к любви к человечеству и каждому человеку), я - как родитель относительно своих детей. Родители не могут желать, чтобы дети поумнели через страдания. Они хотели бы, чтобы дети поумнели и шли нормальным, правильным путем без всяких проблем с окружающим обществом - просто поняли бы это заранее и не делали ошибок в жизни. Так и здесь, я не хотел, бы видеть ошибок в человечестве.

Л. Макарон: Сегодня все большее количество государственных, религиозных и общественных деятелей, ученых, финансистов, экономистов говорят о том, что мир должен измениться. Люди должны понять, что они являются частями одного целого, надо жить дружно, люди должны учитывать интересы друг друга. То есть, вроде бы придраться невозможно...


Кстати говоря, интересная вещь - к выборам Обамы неожиданно весь мир замирился. Израильско-палестинский конфликт в Газе был буквально за день до инаугурации завершен, Россия и Украина подписали газовый контракт за несколько часов до инаугурации, там Индия и Пакистан... То есть весь мир как-то вот подошел к этому радостному событию


М. Лайтман: Отрапортовал и дал возможность.


Л. Макарон: Да, отрапортовал, что все нормально, можете начинать с чистого листа, не заморачиваясь ничем. Хотя, конечно, предшествующие инаугурации дни показали, что дела идут очень нехорошо. Например, никто не ожидал национализации банковской системы Англии. Royal Bank Of Scotland, самый старинный, самый мощный банк, вынужден был обратиться к правительству, после того как "съел" и чуть не "подавился" голландским банком ABN AMRO за сорок миллиардов долларов. Он обратился к правительству с просьбой помочь ему выстоять и не обрушить английскую финансовую систему.


Объявлено, что мировое богатство, которое оценивается в 104 триллиона долларов, уменьшилось наполовину. То есть, как бы половина богатства на Земле исчезла. И все больше говорят о том, что была страшная переоценка всего, что есть на Земле, и эта переоценка привела к тому, что виртуальный мир заменил мир реальный. И вот сейчас в этой обстановке люди это начали понимать, говорить об этом открыто.


Так вот если они будут двигаться в этом направлении, искать пути решения совместной работы, они будут пытаться учитывать интересы друг друга - это хорошо или плохо? Этого достаточно или недостаточно?


М. Лайтман: А как они будут искать?


Л. Макарон: Ну, на том уровне, на котором они понимают.


М. Лайтман: К чему они придут?


Л. Макарон: Они будут вырабатывать какие-то регулирующие механизмы…


М. Лайтман: Откуда они их возьмут?


Л. Макарон: Ну, из головы, безусловно.


М. Лайтман: А-а! Из своих эгоистических, обычных, так сказать, мыслей. Они ничего нового не изобретут!


Л. Макарон: Я понимаю Ваш подход. Но, например, если до сегодняшнего дня они говорили: "У каждой страны был свой финансовый регулятор", - то теперь они говорят: "Нужен глобальный финансовый регулятор, который бы следил за всем миром…"


М. Лайтман: Ох, что же нам будет, если мы только до этого дойдем! Вы представляете?! Финансисты - самые эгоистические люди в мире, вместе с политиками выдумают нам такую систему…


Л. Макарон: Но они, же понимают, что не учитывать интересы нельзя, будет очередной кризис. Они хотят это сделать.


М. Лайтман: Нет. Они не хотят это сделать. Но все равно они его сделают, потому что по-другому они поступать не могут, потому что все - эгоисты. Не могут люди-эгоисты создать ничего нового, альтруистического. Не могут! В нашем мире это невозможно. Потому что вся наша природа - абсолютно эгоистическая.


Л. Макарон: Что же тогда делать?


М. Лайтман: Надо вводить глобальное образование - как человек, прежде чем становится взрослым, двадцать лет учится жить в этом мире. Его учат законам всевозможным: поведения, законам общества, физике, химии, географии, - ему рассказывают, где он оказался.


Ведь он рождается на белый свет и ничего не знает. И его начинают потихоньку к этому новому миру, в который он попал из чрева матери, каким-то образом приспосабливать. Это же огромная система, которую мы выстроили. Поэтому ему не надо проходить эту всю эволюцию, которую мы прошли за сотни тысяч лет.


Как нам сделать это сегодня? Мы попали в новый мир. Мы попали в совершенно новые законы.


Л. Макарон: У нас немного времени. Мы же должны людей кормить, одевать, отапливать.…


М. Лайтман: Никто этого не отменяет. Надо только одно - немедленно вводить глобальное образование. Что это значит? Объяснять каждому человеку, в каком мире он оказался. Это может быть самый далекий от цивилизации человек, но он все равно обязан знать мир, в котором он живет, в той мере, в которой он в этом мире находится.


Если я не буду знать, что, действуя вопреки другим где-то в чем-то, я врежу себе немедленно, я не смогу поступать альтруистически. Мне нужно видеть эту картину. Явно видеть связь между нами.


Л. Макарон: Чем же это отличается от того, что в Давосе люди говорят: "Мы - единый мир. Мы должны быть вместе. Мы должны работать как одна команда"?


М. Лайтман: Это - хорошие слова. Но как они смогут реализовывать их?


Л. Макарон: Ну, если они будут говорить в школах, по телевидению вещать с утра до вечера…


М. Лайтман: Они просто будут говорить. А человека надо обучать этому, что же это за система.


Л. Макарон: А что значит - "обучать"?


М. Лайтман: Объясните мне законы глобальной системы. Каким образом, я воздействую на мир, и мир воздействует на меня - через мои мысли, через мои чувства, то есть сердце и разум, то, что есть у человека выше, чем у животного; через природу - почему природа так взаимосвязана между собой.


Л. Макарон: Хорошо. Допустим, Вы обратились к ООН или к "Двадцатке", они говорят: "О'кей, мы Вам верим, мы начинаем этот образовательный процесс. Но Вы понимаете, что это сложная система".


М. Лайтман: Естественно. Сколько тысячелетий мы создавали свою систему образования!


Л. Макарон: Должны будут собраться организаторы системы образования, руководители средств массовой информации…


М. Лайтман: Конечно!


Л. Макарон: Будет создана комиссия, будут проводиться конференции: конференция в Лондоне, конференция в Израиле, конференция в Нью-Йорке.


М. Лайтман: Да, главное - говорить и летать в экстра-классах! Я понимаю, да.


Л. Макарон: А как же?! Как иначе организовать этот процесс по всему миру?! Ведь нужно же все телевизионные станции подготовить, нужно подготовить дикторов, руководителей. То есть этот процесс нужно делать!


М. Лайтман: Да, с него надо начинать.


Л. Макарон: Ну, а кушать?! В этот же момент нужно решить вопрос с продовольствием, нужно решить вопрос с отоплением, нужно решить вопрос с безработицей в миллиард человек! Что делать сейчас? Или это параллельно? Или как только мы скажем: "Хорошо, мы начинаем учиться", - вдруг щелкнет какой-то тумблер, мы будем делать все те же самые вещи, но уже по-другому?


М. Лайтман: Вы правы. Как только мы начнем заниматься глобальным самообразованием.… Как только наши мысли, наше направление, наше внутреннее согласие будет направлено на гармонию с природой, мы сразу же включаемся гармонично в ее законы, и на нас благоденствует ее обратная связь.


Л. Макарон: Отлично! И так, мы с Вами подходим к некоему чуду. Я с уважением отношусь ко всем религиям, которые в случае…


М. Лайтман: А почему к чуду?


Л. Макарон: …когда люди сталкиваются с какими-то непонятными событиями, они начинают молиться кому-то.


М. Лайтман: Нет, не надо здесь молиться никому!


Л. Макарон: Но Вы говорите: "Если направление мысли изменить (я следую за Вашей логикой), как только все люди или большая часть людей изменят направление мыслей, что-то произойдет. Значит, мысль в этом смысле получается… ну, нематериальна, во всяком случае…


М. Лайтман: Как это нематериальна?! Мысль абсолютно материальна! Мы мыслями действуем на весь мир! Сегодня уже наука измеряет мысли, ученые могут догадываться, о чем мыслит человек. Мысль - это очень большая сила!


Л. Макарон: Почти как у Оруэлла. То есть здесь будет не "мысли-преступления", а допустим, "мысль-альтруизм". Как только люди подумают о том, что они едины, это уже будет начало процесса?


М. Лайтман: Да! Несомненно! Несомненно! Мы мыслями связаны друг с другом. Думают в одном месте Земного шара, и вдруг в другом то же самое думают...


Л. Макарон: То есть этот мой альтруизм без понимания действия этих законов, без мысленаправленности не будет работать - я Вас правильно понял? Все эти действия в объединении, все это понимание единого мира, все эти представления о том, что мы должны друг о друге заботиться, без мысленаправленности работать не будут.


М. Лайтман: Не будут.


Л. Макарон: Тогда не нужно ли на сегодняшний день продумать какую-то программу, может быть, прямого обращения к руководителям крупнейших стран мира? Может быть, все-таки, стоит задуматься, как к 20-му апреля, к моменту встречи в Лондоне все-таки добиться распространения такого документа?


М. Лайтман: Я каждый раз слышу об этих встречах. Конечно, у меня о них создается очень нехорошее впечатление. Я сам был во многих комиссиях и присутствовал на многих конгрессах, и видел, насколько это все пустые слова. Ну, можно послать туда какое-то письмо…


Вы знаете, каббала говорит, что все в мире, все в жизни возникает из чувства недостатка - когда человеку надо, тогда он это делает. Если под приказом или под каким-то давлением, или как-то искусственно, как правило, из этого ничего хорошего не получается.


Я вижу, какие заявления они делают - с одной стороны, а с другой стороны - как они поступают. СМИ скрывает плохое, пытается себя продать подороже и так далее. Человечество еще не разочаровалось в том, где оно находится.


Л. Макарон: То есть даже это глобальный кризис…


М. Лайтман: Это не кризис еще. Это не кризис еще! Это только самое начало. Это верхушечка, это сотая доля того айсберга, который раскроется.


Л. Макарон: Ну, так что нужно ждать пока он раскроется?


М. Лайтман: Я не чувствую, что обращение к правительствам, или к СМИ вообще получит какой-то отзвук. Мы должны все-таки ощутить на самом деле этот кризис, то есть мы должны понять отправную точку.


В природе вообще ничего не развивается, кроме как из чувства необходимости. Человек дошел до рабства, рабство казалось ему освобождением от всего - только работай и тебя кормят. Через какое-то время он понял, что не может больше в этом находится. Начался период феодального строя и т.д. То есть должна быть необходимость, закон отрицания, диалектика.


Л. Макарон: Понятно. Тогда Вы что - выбираете для себя позицию наблюдателя?


М. Лайтман: Нет, нет! Я подготавливаю почву к быстрому осознанию людей, но через те каналы, по которым это возможно сегодня: через интернет, телевизионные каналы, печатание книг... Я просто чувствую еще по состоянию мира и по тому, как они все говорят, - они все ждут, когда кризис закончится.


Л. Макарон: Это правда.


М. Лайтман: И надеются вернуться в прежнее состояние. Смотрите, сколько миллиардов выбрасывают в Америке и в России на то, чтобы поддержать этот рынок и всю систему.


Л. Макарон: Потому что люди должны работать, люди должны питаться, люди должны жить где-то.


М. Лайтман: Ну, они выбрасывают деньги для того, чтобы люди как бы покупали и этим поддерживали экономику.…


Л. Макарон: Конечно. Потому что никто не знает, какой должна быть другая экономика. Никто не знает, что произойдет, когда случится то, что называется "обнулением экономической памяти", когда люди просто потеряют счет тому, что сколько стоит.


М. Лайтман: Вот это и будет критической точкой перехода. Они забудут, в итоге, все свои прошлые эгоистические устремления. Они будут думать только о том, что мне надо нормально прокормиться, нормально существовать в каком-то нормальном своем объеме. И для того, чтобы мне это сделать, мне надо правильно взаимодействовать с остальными людьми.


Вот это вот нормальное "животное" состояние должно ощутиться человеком. Он должен "закрыть" все свое прошлое эгоистическое мировоззрение - побольше урвать за счет других. Этому больше нет места в системе маленькой деревни, в которой мы оказались. И тогда для них откроются другие информационные каналы: а где же человек?! И тогда они поймут, что человек - это совсем не в этом.


Л. Макарон: Все-таки я очень хочу Вашу идею донести до мира, до более широких слоев. Давайте напишем письмо, его можно будет направить ЮНЕСКО. И мы посмотрим, что из этого получится.


М. Лайтман: Значит, вывод нашей сегодняшней встречи - мы готовим с Вами обращение к руководителям? Хорошо.


Л. Макарон: Спасибо!


М. Лайтман: Вам также! С надеждой!

Редакция, www.kabmir.com

Читать далее →

Чтобы что-то купить, надо иметь средства. Денег не хватает, так как их выводят из оборота в средства накопления. Нет покупок – нет производства – нет расходов – падает спрос и наступает КРИЗИС.
К тому же, давая деньги в долг, банкиры через какое-то время возвращают их себе и получают дополнительную сумму. Все новые дополнительные денежные средства перетекают в средства накопления. При этом производители вынуждены привлекать новые кредиты, тем самым передавая все больше количество средств в банки.
В обществе существуют и другие способы извлечения денег их денег. Например, доходная игра на бирже. Ценные бумаги, которые имеют свою реальную стоимость (обеспечены какими-то активами) начинают искусственно пользоваться ажиотажным спросом. Результат очевиден. Когда в эту игру начинают попадать средства из производственных секторов экономики, наступает коллапс. Продать такие бумаги дороже, чем были приобретены, уже не представляется возможным из-за реального отсутствия денежных средств. Тот, кто «заработал» на такой игре, вновь покупать бумаги или вкладываться в производственные виды деятельности не торопится. Производственный процесс гораздо более сложный и менее прибыльный. Ценные бумаги начинают резко терять в стоимости. Но для экономики лучше от этого не становится. Реальных денежных средств для обеспечения производственно-торговой деятельности не хватает.
Однако денежная масса может и увеличиваться. Казалось бы, самый простой способ выхода из этой ситуации – напечатать новые денежные средства в том количестве, которые были выведены из оборота. Но что получается на самом деле?
Денежная масса действительно увеличивается, исходя из заданного инфляционного коэффициента. И никто в мире не отслеживает процентное соотношение денежных средств, находящихся в торгово-производственном цикле, и средств, выведенных из обращения.
А банкирам и т.п. просто не выгодно терять свои «доходы» при инфляции. И они регулируют свою прибыль меняя ставки и проценты в зависимости от дополнительно напечатанной массы денежных средств. Все это делается ради сиюминутной выгоды. Никто не смотрит, да и никто не хочет смотреть в будущее.
Очевидно, что во избежание кризисных ситуаций внутри страны, т.е. внутри области, в которой средством обмена служит единая валюта, денежная масса должна увеличиваться на суммы большие или равные суммам, выведенным из торгово-производственного процесса. Или, другими словами, необходима поддержка размера оборотных средств на уровне равном или большем предыдущего периода.
Что происходит у нас? Государство передает средства, ранее выведенные из оборота тем, кто может в дальнейшем продолжать выводить производственные средства из оборота. Государство надеется, что таким образом оно сможет решить ситуацию в краткосрочной перспективе. Банки передадут полученные им средства на производственные нужды. И предприятия начнут работать. Даже если такое было возможно, этот путь привел бы к перекладыванию кризисной ситуации на будущее.
Однако, банки не торопятся лишиться своих, а тем более заемных средств путем передачи денег фирмам, которые их могут не вернуть. Лучшее, что они смогли придумать, так это передать часть средств игрокам на бирже. А это, как мы видели, так же игра в одни ворота. Переданные таким образом средства никогда не смогут попасть в производственный оборот. И еще больше усугубляют ситуацию.
А для многих предприятий подходит «время Ч». Им надо возвращать взятые ранее кредиты или хотя бы проценты по ним. За счет чего? Или за счет очередного вывода средств из оборота или за счет новых кредитов, которые им просто не дают или дают под такие проценты, которые выплатить в будущем будет просто не возможно. Вот-вот наступит ВТОРАЯ ВОЛНА КРИЗИСА.
Что же делать? Надо срочно менять тактику, и запустить средства в производство путем
А) Инвестирования производственных (здесь имеется в виду любых предприятий, создающих материальные и нематериальные ценности, а не делающих деньги на деньгах) предприятий. Не займов или кредитов, а именно инвестиций, чтобы инвестор нес все риски по производству и не смог вывести деньги из оборота в любой момент.
и/или
Б) Печатания дополнительных (хотя бы в виде разницы между средств, находящих в обороте год назад и сейчас) денежных средств и передачу их государству. Государство может и должно будет их потратить на увеличение зарплат учителей, врачей, милиционеров, военных и т.п., на социальные нужды, для увеличения покупательского спроса. Это послужит стимулом к развитию разного рода производств. Таким образом, решатся вопросы, связанные с дефицитом бюджета, прекратятся игры с курсом нефтедоллара. Но для осуществления этого пути необходим строгий учет и контроль денежной массы в обороте. Как только банки и т.п. увидят, что их «Кащей над златом чахнет», т.е. «заработанные» ими денежные средства обесцениваются, они начнут их выпускать в оборот. Здесь будут нужны серьезные расчеты и своевременные действия, в какой момент печатать деньги, а в какой уничтожать излишек во избежание гиперинфляции.
Рассмотрим, какие процессы могут привести к кризису по причине некорректных отношений между странами.
Практически все страны осуществляют торговые отношения друг с другом. На данный момент при расчетах между собой используют валюту какой-то одной страны или группы стран, ограниченных единым валютным обращением. В современном мире практически во всех странах денежные эквиваленты сумм проданных и приобретенных товаров не равны. То есть средств, выраженных в валюте международных расчетов, может не хватать или оставаться в избытке. В случае, когда страна имеет отрицательный торговый баланс, т.е. оплата импортируемых товаров превышает сумму денежных средств, поступающих за экспорт, она вынуждена занимать денежные средства. Через некоторое время возникает необходимость возвращать полученные средства с начисленными процентами, но денег не хватает, т.к. торговый баланс в следующем периоде опять отрицателен. Какие могут быть варианты решения проблемы? Увеличивать общую сумму полученных займов. Очевидно, что подобная политика ведет к краху страны. Для вывода государства из создавшегося положения необходимо срочно создавать положительный торговый баланс. Иначе в мире может разразиться кризис неплатежей, и, как следствие, производственный или экономический кризис. Получается, что такие ситуации неизбежно рано или поздно будут возникать, при условии, что роль мировой валюты будет играть валюта конкретной страны или группы стран.
Очевидно, что во избежание кризисных ситуаций в мире необходимо создание международного фонда по торговым расчетам. Каждое государство осуществляет вклад в такой фонд в своей собственной валюте. Сделки между странами договора заключаются в суммах, выраженных в некоторой синтетической валюте (например, рассчитанной из усредненной стоимости корзины определенных товаров в разных странах). При этом все расчеты по внешнеэкономическим сделкам проводятся через этот фонд. Страна-покупатель перечисляет в фонд средства в своей валюте по курсу на дату платежа. Страна-продавец забирает средства в валюте своей страны по курсу на дату получения средств. Таким образом, отпадет необходимость конвертации валют других стран по таким сделка и фонд будет отслеживать дисбаланс по торговым расчетам между странами, т.к. забрать больше, чем вложил не представляется возможным.

Читать далее →

Всем давно известно, кому из книг по экономике, кому интуитивно, что ростовщики, банки и прочие кредиторы забирают денег больше, чем временно дали в пользование.
Как это выглядит с точки зрения каждого отдельного заемщика? Обещание вернуть заемные деньги с процентами выглядят вполне реализуемо. Он вроде как стабильно получает денежные средства, с помощью которых и собирается погасить свой долг в последующих периодах. Рассуждение берущего взаймы основано на идее, что в стране денег много, ему-то всегда хватит.
А что происходит на самом деле? Практически никто из занимающих не осознает, что денежных средств в стране ограниченное количество. При этом в масштабе страны, чем больше денег выдают банки в виде кредитов и займов, тем хуже идет производственно-торговый процесс. Банки выдают предпринимателям и покупателям денежные средства. Сначала все довольны. Но через некоторое время ростовщики забирают выданное ими ранее, да еще и дополнительно выдергивают из оборота денежные средства. Деньги медленно, но верно перетекают в банки. Таким образом, реальная экономика вынуждена оперировать меньшими суммами средств. Производственно-торговая деятельность волей-неволей вынуждена сворачиваться. Периодически возникающие кризисы тому пример.
Чтобы не быть голословным, возьмем данные, доступные на сайте ЦБ РФ (cbr.ru).
По состоянию на 1 января 2008 г. денег в обращении было 13 272,1 млрд. руб., в т.ч. наличных – 3 702,2 млрд. руб. и безналичных – 9 569,9 млрд. руб. Выданных кредитов с начисленными процентами на ту же дату было 12 828, 66 млрд. руб., из них населению – 3 238,23 млрд. руб., прочим нефинансовым организациям – 9 301,73 млрд. руб. и гос. организациям – 288, 7 млрд. руб. То есть, в случае гипотетического единовременного погашения всех долгов перед банковскими структурами в стране для экономической деятельности осталось бы 443,44 млрд. руб.
По состоянию на 1 апреля 2009 г. денег в обращении было 12 111,70 млрд. руб., в т.ч. наличных – 3 278,3 млрд. руб. и безналичных – 8 833,4 млрд. руб. Выданных кредитов с начисленными процентами на ту же дату было 17 873,6 млрд. руб., из них населению – 4 187,3 млрд. руб., прочим нефинансовым организациям – 13 371,64 млрд. руб. и гос. организациям – 314,61 млрд. руб. То есть, в случае гипотетического единовременного погашения всех долгов перед банковскими структурами в стране для экономической деятельности осталось бы минус 5 761,90 млрд. руб.
Что же получается? Бизнес и население задолжало ко дню юмора 2009 г. банкам несуществующих в природе денег примерно по 40 тыс. руб. на каждую душу, официально зарегистрированную в стране (по данным переписи 2002 г. - 145 млн. чел.). Интересно, не правда ли? И откуда они возьмут денег? «Где деньги. Зин?»
Смогут ли заемщики отдать все, что они обещали в случае сохранения сегодняшней денежной политики страны? Ответ очевиден. Тем более, проценты-то все начисляются и начисляются.
А для многих физических и юридических лиц подходит «время Ч». Им надо возвращать взятые ранее кредиты или хотя бы проценты по ним. За счет чего?
Очевидно, что банки не получат всей суммы ожидаемых средств. Какие шаги они могут предпринять? Забирать имущество, переданное им в залог. Так как им это имущество по большей части не нужно, то будет проходить массовая распродажа. А денег как не было. Так и нет. Цены рухнут. Возникнут массовые беспорядки.
Можно ли что-то сделать в этой ситуации? На мой взгляд. Можно и нужно это делать срочно!!!!
Правительству надо срочно менять тактику выхода из кризиса. Необходимо запустить средства в производство путем
А) Инвестирования производственных (здесь имеется в виду любых предприятий, создающих материальные и нематериальные ценности, а не делающих деньги на деньгах) предприятий. Не займов или кредитов, а именно инвестиций, чтобы инвестор нес все риски по производству и не смог вывести деньги из оборота в любой момент.
и/или
Б) Печатания дополнительных (хотя бы в виде разницы между средствами в обороте год назад и сейчас) денежных средств и передачу их государству. Государство может и должно будет их потратить на увеличение зарплат учителей, врачей, милиционеров, военных и т.п., на социальные нужды, для увеличения покупательского спроса. Это послужит стимулом к развитию разного рода производств. Таким образом, решатся вопросы, связанные с дефицитом бюджета, прекратятся или уменьшатся игры с курсом нефтедоллара. Но для осуществления этого пути необходим строгий учет и контроль денежной массы в обороте. Как только банки и т.п. увидят, что их «Кащей над златом чахнет», т.е. «заработанные» ими денежные средства обесцениваются, они начнут их выпускать в оборот. Здесь будут нужны серьезные расчеты и своевременные действия, в какой момент печатать деньги, а в какой уничтожать излишек во избежание гиперинфляции.
Сделать это вполне реально. В окружении правительства сидят очень грамотные аналитики и экономисты. Причем, наверняка, эти меры уже обсуждались и предлагались. Не понятно, до каких пор будут оттягиваться невыгодные для банков меры? Ведь должны же те, кто лоббирует эти процессы, в конце концов понять, к чему их политика может привести.
Либо происходит временное спасение финансовой олигархии и дальнейшее падение экономики с возможными социальными бунтами против тех же банков и т.п. Либо разумные действия на благо страны, и в т.ч. для спасения банковской структуры, но уже без сверхприбылей.
Мне кажется, ответственные за жизнь всех и каждого в стране должны хорошенько взвесить сложившуюся обстановку и принять верное решение. «Не до жиру, быть бы живу!»

Читать далее →

Ноябрь, 2008 года. Обвальное падение бирж, стремительный рост цен,
полная растерянность и бессилие политиков, финансистов и ученых.
ЧТО ДАЛЬШЕ? ..

• Источник:
Хроника Глобального Мира. Скачать фильмы, клипы, уроки
Выход из кризиса
www.kabmir.org/krisis/

Читать далее →

Россия может выпасть из числа быстро развивающихся экономик

Американская газета The Wall Street Journal опубликовала статью, в которой высказывается сомнение в правомерности участия России в группе БРИК. В качестве доказательства приводится исследование экспертов Frontier Strategy Group. Аналитики опрашивали сотрудников 72 международных компаний, таких, как Adidas, Dupont и Intel Corp. относительно инвестиционной привлекательности стран, которые принято называть "развивающимися".


Выяснилось, что инвесторы не числят Россию в категории приоритетных рынков. В эту группу, наряду с Китаем, Индией и Бразилией входят такие страны, как Мексика, Индонезия и Вьетнам.


Агентство Goldman Sachs прогнозирует такие ежегодные темпы роста стран группы БРИК на период 2011 - 2050 гг.: 4,3 для Бразилии, 5,2 для Китая, 6,3 для Индии и только 2,8 для России.


- Считаете ли Вы данные, приведенные американскими аналитиками, объективными?


- В чем, по-вашему, может быть причина снижения инвестиционной привлекательности России для зарубежных партнеров?


- Не становится ли Россия сырьевым придатком уже не развитых западных стран, а других участников БРИК, в первую очередь - Китая?


- Как Вы в целом оцениваете результаты саммита БРИК в Екатеринбурге?


С такими вопросами агентство Комментарии.ру обратилось к своим экспертам. Мнение эксперта Александра Козлова:


Чего только не прочитаешь в газетах, включая американские!


Джордж Сорос с Полом Кругманом и Ниаллом Фергюсоном ловят момент, когда пора будет тормозить беспрецедентную финансовую накачку и начинать наращивать налоговый пресс, но так, чтобы своим оптимизмом не загубить невесть откуда взявшиеся "зеленые побеги" гипотетического экономического роста. И это притом, что официально признанная безработица в США и других развитых странах приближается к зловещей отметке 10%, угрожая привести к непредсказуемым социальным и политическим последствиям.


Джозеф Стиглиц приходит к выводу о том, что американцы действительно дают все основания остальному миру окончательно разочароваться в их изощренной финансовой и экономической политике, поставившей мир в положение заложников Вашингтона и Wall Street.


Так, совсем недавно финансовый сектор давал 41% от всей прибыли, полученной американской экономикой. При этом уважаемый нобелевский лауреат напоминает нам, что 190 лет назад одна треть мирового валового ВВП производилась в Китае. Но колониальная эксплуатация и несправедливые торговые соглашения, в сочетании с технологической революцией в Европе и Америке, отбросили развивающиеся страны далеко назад. Так, в пятидесятые годы экономика Китая составляла уже менее 5% мирового ВВП, а сегодня 1,4 млрд. человек в мире получают доходы менее 1,25 доллара в день.


Все чаще политики, включая лидеров государств, говорят о том, что глобализация привела все страны к тесной взаимной зависимости. И что решение кризисных проблем лежит не в сфере экономики, а вызывает соревнование идей, несущих наибольшие выгоды для большинства людей. И что никакие экономические или административные антикризисные меры сегодня не работают сами по себе, а только в надежде на доверие и поддержку всех людей, каковой, впрочем, никак не удается заручиться.


Получается, что сегодняшние прогнозы относительно России и любого другого государства надо рассматривать сквозь призму тесной взаимной связи всех участников мирового сообщества. Главным критерием для такой оценки я бы предложил считать возможности каждой страны действовать в общих интересах всего человечества как единого целого. А таких возможностей у России в избытке, как и у любой другой страны.


Все дело за готовностью каждого народа следовать объективным законам развития, требующим от него занять свое уникальное, только ему присущее место в сотрудничестве на общее благо. Россия могла бы стать инициатором и лидером в поиске и реализации общих целей развития и выхода на этой основе из беспрецедентного по масштабам мирового кризиса.


Александр Козлов

Россия может выпасть из числа быстро развивающихся экономик

Россия может выпасть из числа быстро развивающихся экономик

Читать далее →

Идеология неконтролируемого производства и потребления
Глобальный экономический кризис наглядно продемонстрировал влияние финансовой сферы на нашу жизнь. Процесс глобализации связал финансовые институты в один международный рынок, объединивший государства в области торговли, технологий, капитала, кредитов и других валютных операций.

Основные тенденции этого процесса: ускорения научно-технического прогресса и дегуманизация производства, ужесточение конкурентной борьбы и обострение безработицы, экономическая нестабильность.

В течение нескольких лет мировому сообществу удавалось найти какой-то регулятор экономики, будь то отмена золотовалютного стандарта, создание механизма хеджирования или управления рисками. Однако рост неопределенности и дестабилизация в экономической сфере социума продолжался.

Этому процессу способствовала идеология неконтролируемого производства и потребления, которая в свою очередь явилась выражением растущего в человеке эгоистического стремления, желания получать. Как справедливо заметил Бернард Лиэтр, профессор Центра устойчивого развития Беркли:

"Прямой результат действия нашей денежной системы - это постоянно рождающиеся и ширящиеся алчность и страх нищеты. Адам Смит, подметив массовую алчность и страх дефицита, создал современную экономическую науку, суть которой сводится к методике распределения дефицитных ресурсов под давлением алчности. Страх перед дефицитом порождает алчность и накопительство. Те, в свою очередь, порождают тот самый пугающий дефицит".

В итоге, как мы видим, система неконтролируемого производства и потребления разразилась глобальным кризисом. Потому что общество достигло последнего и самого большого уровня эгоизма, для которого нет ничего важнее денег, превратившихся из средства в цель существования.

Теперь нам предстоит усовершенствоваться, перевернуть наш взгляд на мир так, чтобы деньги вместо цели стали средством. Но средством чего?

Известный экономист Пол Кругман пишет: "Можно с уверенностью утверждать, что роль сегодняшнего "капитализма", независимо от названия, как лучшего способа соединить индивидуальные свободы, демократию, безопасность, экономические и социальные права человека, экономическую эффективность и социальную справедливость, - необходимо проанализировать снова, учитывая, в какой степени именно эта система лежит в основе наших проблем".

Аналитики и ученые ищут новую экономическую модель мира. А политики продолжают денежные переливания. Им кажется, что если влить в систему больше денег, это даст стимул для нового подъема и оживления в экономике.

Они все еще пытаются действовать старыми методами - стимулировать производство и торговлю посредством денежных инвестиций. Однако такой способ можно назвать "уколом в деревянную ногу". Невозможно оживить отжившую систему взаимоотношений.

Коллективный разум
Никакими существующими регуляторами обвал не остановить. Ведь причина кризиса лежит в совершенно иной сфере. В нашей в глобальной деревне нам недостает осознания тесной связи между собой. В какой-то момент мы поймем, до какой степени каждый зависит от всего мира, а весь мир зависит от каждого.

Это понимание шокирует человека. Ведь он вдруг осознает, что зависит от всех, что все держат в руках кислородный шланг, благодаря которому он дышит, и в любой момент, любой человек в мире может перекрыть ему этот кислород.

Одновременно с этим, он поймет, что тоже держит кислородный шланг всего мира, и весь мир зависит от него. Эта взаимная ответственность, которую мы все неожиданно обнаружим, вынудит людей принять принцип гуманистического взаимодействия.

Когда этой проблемой начнет заниматься критическая масса людей, придет понимание, как это сделать, поскольку это должен быть "коллективный разум". И тогда мы узнаем, как нам наладить отношения друг с другом, неожиданно нам раскроется, что эта система должна быть устроена именно так, а не иначе. Если этим займутся миллионы людей, то это станет понятно каждому.

Следовательно, мы создадим этот, можно сказать "общий системный разум".

Этот разум даст нам новое представление о мире, в котором деньги вместо цели станут средством. Но средством чего?! - В этом вся суть! Средством коммуникации между людьми: не зарабатывать за счет других, а сих помощью взаимодействовать друг с другом. А это возможно только по мере достижения равновесия.

Равновесие
Все неприятности, болезни, удары, все в чем-то не достает совершенства - это признак отсутствия равновесия. Программа природы представляет собой установленный план, который распределен по времени, а также по прохождению определенных процессов. Если это понять, то можно в эту программу включиться.

В качестве практического шага можно предложить создание организации глобального образования, факультетов в университетах, введение соответствующих разделов в школьные программы.

Как только мы начнем заниматься глобальным самообразованием, как только приобретем другой взгляд на вещи, это позволит нам понять, какое значение имеет гармония между нами. И общество сразу же обретет другое качество. И только тогда мы придем к устойчивому развитию, сбалансированной экономике и благосостоянию.

Таль Ашер

источник – интернет-газета Единый мир

Читать далее →

Трудно найти страну, пострадавшую от кризиса больше, чем Великобритания. Новости о черных буднях английских банков и бизнесменов, работников и безработных поступают каждый день. На судьбу молодого поколения затяжной спад накладывает поистине неизгладимый отпечаток. Лишенное возможности купить себе жилье, обремененное долгами за учебу, сражающееся за рабочие места, оно не видит света в конце туннеля. Большинство вчерашних выпускников продолжают жить у родителей, глядя на невзгоды которых, зарекаются от кредитных карточек и ипотек.

По данным исследования Post Office financial services, большинство молодых людей в возрасте 16-24 лет полагают, что возврат к докризисному уровню жизни займет целое десятилетие. Согласно официальной статистике, 18.3% молодежи не трудоустроены. Количество получающих пособие по безработице среди молодых увеличилось более чем в два раза - до 456000. Шрам от этого периода жизни останется у них в душе навсегда.

Дэвид Блэнчфлауэр (David Blanchflower), эксперт по рынку труда, считает, что безработица в молодежной среде приобрела размах национального бедствия. Получив путевку в жизнь, люди не могут найти свое место и рискуют на месяцы, а то и годы остаться в статусе иждивенцев. Мало кто претендует сегодня на традиционные основы благополучия: покупка жилья, создание семьи и рождение ребенка. Многие ограничиваются двумя пунктами или только одним.

На этом фоне в стране наблюдается вполне закономерный резкий рост насилия. Полиция буквально шокировала публику, обнародовав статистику преступлений с использованием ножей. В целом по 72 человека в день получают ножевые ранения либо подвергаются ограблению под угрозой острого лезвия. Эти данные не включают более 250 случаев со смертельным исходом, а также тысячи мелких инцидентов, в которых фигурируют ножи. Молодые люди все масштабнее вовлекаются в эту область криминальной активности.

В ответ министр финансов Алистер Дарлинг (Alistair Darling) обещает молодежи бюджетную помощь, хотя самому ему приходится обуздывать банкиров, которые не желают считаться с новыми реалиями. По словам Дарлинга, если финансовый сектор продолжит действовать старыми методами, результатом станет катастрофа для всей страны. И все же об ограничении бонусов речь не идет - правительство по-прежнему надеется на регулирование.

Глядя на эти полумеры, группа лондонских управляющих активами создала "фонд гиперинфляции". Основатели фонда твердо уверены, что печатный станок, запущенный Центробанками по всему миру, очень скоро заставит нас пережить печальный опыт Веймарской республики и современного Зимбабве.

Финансовый баланс ФРС уже разросся до умопомрачительных $2.07 триллионов, а конца и края этому не видно. Профессор Техасского университета Дэвид Бэкворт (David Barkworth) заявил, что попытки увеличить денежную массу едва попевают за прогрессирующим шоком дефляции. В результате стимулирующий эффект сводится к нулю, а мировая кредитная система лежит в руинах.

Английская экономика чувствует это на себе, как никакая другая. В разгар лета дельцы туманного Альбиона с тревогой ожидают осеннего похолодания на рынках. Страна, казавшаяся непотопляемой, погружается в пучину проблем на глазах у испуганных собратьев по несчастью. Неужели все они начнут объединять усилия только тогда, когда вода дойдет капитанских мостиков?


Продолжение следует...

Британские острова скрываются под волнами кризиса

Читать далее →

Президент США объявил себя и свою администрацию "спасителями" американской экономики, сообщает Lenta.ru со ссылкой на AFP.

"Мы получили дополнительные подтверждения тому, что худшее для нас уже позади", - заявил Обама и добавил, что его администрации удалось спасти экономику США от "катастрофы". Президент также отметил, что с тех пор как его команда пришла в Белый дом, рост безработицы существенно снизился, и это является "обнадеживающим" сигналом.

И действительно, согласно последним данным Министерства труда безработица в США составила в июле 9,4 процента, против ожидаемых 9,6 процента. В то же время, по сообщению Федеральной корпорации по страхованию депозитов (FDIC), в конце минувшей недели регуляторы закрыли в США еще 3 банка.

Два из них (First State Bank и Community National Bank) располагались во Флориде и один (Community First Bank) в Орегоне. Таким образом, число американских банков, закрытых регуляторами в нынешнем году, уже достигло 72, а с начала финансового кризиса в 2008 году лопнули 97 американских банка.

Похоже, что Барак Обама несколько поторопился объявлять себя спасителем Америки от кризиса. Банки - основа основ современной американской (и не только) экономики - лопаются один за другим, превращая эту основу основ в мыльные пузыри. И наивно полагать, что с кризисом, вызванным нашим глубинным противоречием законам природы, Обама может справиться в одиночку.

Факты - вещь настолько упрямая, что даже президенту великой державы их не переупрямить. Для реального выхода из кризиса руководители государств будут вынуждены забыть о своих эгоистических интересах и объединить свои усилия.

Обама заявил, что спас экономику США от катастрофы

Читать далее →

Человечество на протяжении всей истории создавало удобную для себя среду обитания. Сначала оно удовлетворяло свои естественные потребности в еде, крове, семье. Потом к ним присоединились разнообразные надбавки - желания более высокого уровня: богатство, власть, слава, знания. Назовем их эгоистическими. Следствием развития новых желаний явилось создание человеком глобальной системы общественных взаимоотношений: экономика, политика, этика, мораль.

Весь мир втянулся в выстроенную им же огромную надстройку, называемую глобализацией. Мы получили очень интересный эффект. С одной стороны, глобализация по всем слоям надстройки, а с другой, мир ощутился нами как "маленькая деревня". Глобальный мир в закрытой банке. Чистота воздуха в ней зависит от каждого. И никуда тебе из нее не деться, некуда бежать.

Казалось бы, все это дает новые перспективы для развития человечества. Политики, экономисты придумывают новые правила игры в "глобальной банке", направленные на решение вопросов, связанных с кризисом, экологией, образованием, борьбой с бедностью. Но это не работает. Прежде работающий механизм перестал слушаться. В чем дело?

Сама природа подсказывает нам ответ. Система не будет работать, потому что в ней недостает одного важного элемента. Он, как ключ в автомобиле, запускает весь механизм.

И ключ этот - взаимосвязь между людьми. Причем это не та, выстроенная эгоистическим желанием, взаимосвязь, а качественно другая, основанная на понимании, что мы все в одной лодке, как один организм, как одна система, и мы все взаимосвязаны. А это уже совсем другой принцип отношений.

Это как функционирование нашего тела, когда все клетки взаимозависимы и работают на организм. Каждый делает свою работу, направленную на все тело, а результатами наслаждается весь организм, включая клетки.

Как будет жить мое тело, если часть органов работает на удовлетворение своих эгоистических желаний? Вероятно, связанные органы пострадают первыми, так как не будут получать необходимого, следом - другие, затем весь организм начнет отказывать, а потом ... смерть.

Сами законы природы, развития общества подводят нас к новому осознанию проявления внутренней взаимосвязи между людьми, истинный смысл которой для нас скрыт теми выстроенными уровнями надстроек, которые создал наш эгоизм.

Конечно, подчас это выглядит жестоко: локальные войны, эпидемии, кризис в экономике, семейных отношениях, взаимная людская ненависть. Но как еще мы поймем? Только страдая, человек начинает задумываться о причинах страданий. Поэтому нынешний кризис - это шаг вперед, подарок природы, шанс задуматься, измениться к лучшему, перестроить систему ценностей.

Никакие попытки оживить изжившую себя эгоистическую систему вливанием денег не спасут. Вливайте хоть сто триллионов долларов. Да, на какое-то время все может чуть успокоиться, оживиться, как будто бы встать на свои места. Но дело в том, что больной безнадежно болен. И если мы не осознаем необходимости выстраивания новых взаимосвязей в новом глобальном мире, то нас ждут еще большие удары.

Это могут быть серьезные климатические изменения, всеобщий голод или войны, которые унесут жизни многих миллионов людей. Нынешний экономический кризис покажется нам нежным шлепком заботливой природы-мамы своему любимому, но пока еще несмышленому дитю. И это не фантазии, не страшилки, это реальность.

Возвращаясь к вопросу: изменится ли жизнь после встреч G-20? - ответ: нет. Но почему? Потому, что ответ исходит из точки нашей с вами внутренней взаимосвязи, которую очень "заботливо" окутал толстым слоем шоколада общий эгоизм.

Игорь Борисов

Глобальная банка, или подарок природы

Читать далее →

Общеизвестный факт - нынешний кризис не похож ни на один из тех, что случались в мировой экономике. Он пошел своим путем. Чем же конкретно он отличается от предыдущих катаклизмов? Системно ответить на этот вопрос попытался журнал Time, который решил поиграть в популярную забаву - "найди 10 отличий". Мы хотим познакомить вас с самыми интересными.

Первое, и главное, отличие от предыдущих катаклизмов – последствия настоящего кризиса для богатых. Все больше бизнесменов разоряется из-за того, что акции падают в цене.

Четвертое отличие - кризис плохо сказывается не только на материальном состоянии, но и на интимной жизни граждан; Восьмое отличие - отсутствие "тихой гавани". Если раньше инвесторы могли пережить бурю в спокойном месте, где скрывали на время свои сбережения, то сейчас все гавани затоплены. Десятое отличие - в этот кризис женщины устроили настоящий бойкот сервису красоты. Например, доходы маникюрных салонов сократились на четверть.

Интересно, что в поисках 10 отличий журналисты Тайм отметили лишь некоторые финансовые детали (например, сохранение дорогих кредитов) и пикантные подробности, типа проблем у маникюрш и падения интереса к сексуальным развлечениям. Популярный журнал, отметив отсутствие "тихой гавани" для инвесторов, не заметил мгновенного "расползания" кризиса по всему миру, ставшему "глобальной деревней". И быстрый "захват" почти всех сфер человеческой деятельности.

Начавшись с финансовых авантюр, кризис "перескочил" на автопромышленность и сельское хозяйство, на систему образования и здравоохранения, причем практически во всех странах. Как раз это самое яркое отличие кризиса от тех, что были в прошлом, поскольку демонстрирует интегральную связь не только экономических структур во всем мире, но полную зависимость всего организма человечества от любого "сквозняка" в любой точке земного шара – то, что называется " эффектом бабочки".

Найди десять отличий кризиса

Читать далее →

Беседа известного российского экономиста и политолога Михаила Делягина с профессором онтологии и теории познания, каббалистом Михаэлем Лайтманом.

М. Лайтман: Я очень рад нашей встрече. Я немножко в стороне от экономистов, политологов и мне очень интересно слышать их мнение.

М. Делягин: Мне тоже очень приятно. Ну, а от экономистов и политологов лучше быть в стороне нормальному человеку.

М. Лайтман: Я хотел бы уточнить Ваше мнение о текущем кризисе. Вы почему-то пишете, что кризис приведет к разделению, к разрыву связей между всевозможными международными экономическими структурами.

М. Делягин: Не к окончательному. Мы сейчас переживаем ситуацию, когда интеграция - хотя мы ее называем сейчас глобализацией - превысила возможность управляющих систем. Управляющие системы не справляются со слишком большой сложностью мира и пытаются его упростить, в том числе ограничив регионы.

С другой стороны, с чисто экономической точки зрения то, что мы сейчас переживаем, это кризис перепроизводства, вызванный загниванием глобальных монополий. Эти монополии зашли в тупик, и попытаться выйти из этого тупика можно лишь на базе новых технологий.

Они будут, вероятно, более дешевыми и более доступными, чем нынешние, потому что, современные глобальные монополии безумно усложнили процесс. Вот у меня в кармане мобильный телефон. И я использую примерно одну пятую, а то и одну десятую часть его функций, потому что это слишком сложно.

А что значит, более общедоступные технологии? Это значит, что люди большую часть того, что они потребляют, смогут производить для себя сами. Это означает снижение потребности в международной торговле. То есть произойдет некоторая регионализация, не раздробление вот на маленькие кусочки, но как бы разделение на большие, крупные регионы.

Я не говорю, что это хорошо и что это окончательно. Но один из этапов нашего развития в ходе этого кризиса - это усиление протекционизма в экономике. Это вещь естественная, неизбежная. И мы уже видим рост протекционизма в Евросоюзе, в Америке и так далее.

М. Лайтман: Но в Древнем Вавилоне человечество уже находилось в подобной ситуации как сегодня. Тогда тоже была глобализация - полностью замкнутая, ограниченная в объеме цивилизация, люди зависимы друг от друга. И вследствие этого между ними вспыхнула огромная взаимная неприязнь, ненависть - то, что мы сегодня наблюдаем в мире.

Тогда люди пошли за своими эгоистическими склонностями, разделились, расселились по всему миру и таким образом избежали дальнейшего кризиса. Сегодня мы находимся в таком же состоянии, но деваться нам уже некуда.

Попытки же разделяться и отдаляться приведут нас к нацистским режимам, мировым войнам, огромным катаклизмам и так далее. Не говоря уже о природе и о том общем кризисе, в котором мы находимся и в науке, и в воспитании… Люди углубляются в наркотики, развал семьи, образования и т. д. То есть это кризис не экономический и даже не экологический, он просто всеобщий, глобальный.

И разделение нам сейчас не поможет, потому что оно идет против закона природы. Природа должна привести нас к такой общей гармонии, чтобы человек не выделялся от природы, а чувствовал себя непосредственной ее частью. И мы должны будем этот закон единства природы соблюсти и придти к тому, что мы - единое целое.

Глобализация вынуждает нас сделать единым все наше хозяйство, но и наши взаимоотношения должны быть выровнены. Мы не можем быть какой-то раковой частью природы, когда все потребляем и ничего как бы обратно не отдаем, не находимся с ней в гармонии.

Мы относимся к природе, будто мы находимся вне ее, вне этой всей системы. Поэтому разделение я вижу, как отрицательную попытку убежать от той тенденции, в которой мы находимся поневоле. И протекционизм - это, в общем-то, вызывающая страх тенденция, потому что она идет просто против всего течения нашей цивилизации.

М. Делягин: Да, расселяться уже некуда. То есть мы находимся примерно в том же положении. Более того, с чисто социально-экономической точки зрения у нас ситуация даже немножко хуже, чем то, о чем Вы говорите.

Если исходить из прежней индустриальной парадигмы, что люди существуют ради потребления, тогда задача, которая стоит перед современным человечеством, - она чудовищная, людоедская. И нацизм отдыхает на фоне этой задачи. Потому что задача в том, как утилизировать огромную часть населения Земли.

И единственная альтернатива - это признать, что прибыль и потребление в целом не являются целями, что нужно изменить смысл развития. Вот этот этап прошли - все! Его отработали - идем дальше.

То есть, с одной стороны, очень понятная, очень технологичная, очень знакомая, абсолютная зияющая пропасть, катастрофа - в прямом смысле слова, да только не для одного народа, а для всех. А с другой стороны, да, в принципе, выход, потому что саморазвитие тоже может быть целью.

Но как социально будет устроено общество, где все будут заниматься саморазвитием? И почему люди будут заниматься саморазвитием, когда очень многим приятней лежать с пивом у телевизора? Это тоже открытый вопрос. Как? Под влиянием чего?

И вот этот выбор меня страшит больше всего. Потому что выбор "катастрофический путь" - он понятен. Путь выхода из катастрофы - он не понятен, по нему далеко никто не уходил. Вот это вот вопрос, на который нет ответа, который меня ужасает.

М. Лайтман: Ответ есть - он заключается в воспитании. Во-первых, в принятии решения правительствами - снабдить всех людей минимальным, тем, что необходимо для существования. Речь не идет о том, чтобы жить в трущобах, это просто минимально необходимое.

И затем - воспитание, воспитание человечества. Потому что все равно мы придем к этому. Закон природы обяжет. Даже если мы сократимся до нескольких миллионов, он обяжет нас прийти к правильному взаимодействию, как любой живой организм. И если мы поймем, что другого выхода нет, что главное - это взаимодействие во имя общего выживания, тогда мы вдруг найдем силы - потому что они в природе существуют.

Вся проблема только в том, чтобы донести вот эту общую картину в правильном виде, поставить ее со стороны ученых, политологов, экономистов перед правительствами, в правильном виде, чтоб мы увидели, что не можем прятать голову в песок. И тогда выход - он, в общем-то, простой.

М. Делягин: Здесь есть два вопроса. Первый вопрос: кто будет воспитывать воспитателей? Но самый главный вопрос… Вы исходите из презумпции ответственности правительств перед своими народами. Так было во времена "великих стариков", когда Эйнштейн написал Рузвельту, и начался манхэттенский проект, потому что Рузвельт чувствовал свою ответственность перед народом Америки. Он не мог встать и уехать в швейцарский замок.

Информационные технологии, которые очень сильно упростили коммуникацию, - они очень сильно снизили ответственность управляющих структур, элит, руководителей перед своими народами. Во всем мире, не только у нас. Люди, которые управляют той или иной территорией, тем или иным народом, уже соотносят себя не только с этой землей и с этим народом - они соотносят себя с глобальной тусовкой. Я не могу применить более вежливого термина, чем этот жаргонный термин.

Что такое "Большая двадцатка"? Это же клуб. Это люди съезжаются поговорить о каких-то там вопросах. Они не принимают решений, они просто, так сказать, вырабатывают общий подход к жизни. Это люди, которые чувствуют свою близость друг к другу на глобальном уровне значительно сильнее, чем ответственность перед своими людьми.

Они живут по-другому, они живут в другом мире, и для них такой же партнер, такой же руководитель из другой страны, или даже с другого континента намного ближе, понятнее, чем его собственный народ. И он ответственен не перед своим народом, а перед этим клубом, и психологически, и социально, потому что нужно поддерживать статус.

Первый раз я это услышал от российских реформаторов в начале девяностых, когда мне сказали: "Ну, слушай, если мы поступим против МВФ, то это будет катастрофа - нас не пригласят на следующую конференцию. А если здесь будет революция, мы будем почетными беженцами в любой фешенебельной стране мира".

И если прийти к ним и сказать: "Дорогие коллеги, вы должны накормить, там, два миллиарда человек в бедных станах, чтобы они не умерли от голода", - вам ответят две вещи. Первое: "Я эти деньги должен буду оторвать от своих налогоплательщиков, я этого сделать не могу". И второе: "А что мне до этих людей? Пусть они умирают".

М. Лайтман: Но должны же правительства каким-то образом готовить население к тому, что будет. Думать только о собственно кармане - это же…

М. Делягин: Я боюсь, что это слишком сложно для них. Система управления просто отстранилась от собственных аналитических структур. Это беда. И если сейчас говорить этим людям о поколениях, они просто могут не понять. Разумеется, нужно говорить, и нужно говорить громко и понятно, но уповать на сегодняшние управляющие системы - недостаточно.

М. Лайтман: Но если все-таки не изменится общественное мнение, то таким образом не изменится и наше принятие этих общих, глобальных сегодня, воздействующих на нас законов. Вы понимаете, что мы находимся в системе, которой противоположны?! Система вынуждает нас к глобальности, к интегральности, к гармонии с собой.

Мы оказались внутри какого-то баллона, шара, который воздействует так на нас. Должны же мы каким-то образом постепенно осознать! Причем, все люди, от мала до велика, должны пройти постепенно-постепенно вот эту внутреннюю революцию понимания того, в каком мире мы оказались, не по своей вине.

М. Делягин: Слушайте, наш разговор очень полезен. Потому что их «ахиллесова пята» находится в вере в Запад. Их безответственность зиждется на святой убежденности, на религиозной вере в то, что в случае чего они прекрасно доедут на машинах с мигалками до своих персональных самолетов и улетят к своим персональным замкам в Швейцарии.

Если они поймут, что у них может не оказаться персональных замков в Швейцарии, причем, не потому что плохие буржуи их ограбят… Они почему-то свято веруют в западное право, хотя есть примеры, которые развеивают эту веру. А если они поймут, что на Западе будет еще хуже, или то же самое, тогда - да, у них появится шанс стать вменяемыми.

Это интересно, это рабочий вариант. По крайней мере, это не тупиковая дорога. И, кстати, в данном случае, неопределенность глобального развития играет России сильно на руку, потому что она снижает степень включенности нашего руководства в эту глобальную тусовку, и снижает стимул и желание войти в нее.

Но еще чудовищный путь предстоит пройти. Причем, чудовищный путь именно самоотрицания, чтобы человек понял, что он не сможет провести пенсию в Италии, в Лондоне и в Швейцарии, а лучше он обустроит здесь все так, чтобы провести здесь, при чудовищном презрении к русскому народу, которое воспитано в этой среде последними двадцатью годами, это долгий путь.

М. Лайтман: Давайте мы по нему не пойдем. Давайте мы объясним, что не надо делиться карманом, не надо думать об уменьшении доходов, не надо отдавать власть, не надо заменять чиновников высшего уровня третьим, четвертым уровнем... Давайте будем решать только социальную проблему.

Обеспечим всех минимальным прожиточным минимумом, только лишь минимальным. Дадим за это тому, кто помогает в этом, огромный почет, огромное уважение, огромное признание, народное, в средствах массовой информации и все прочее. И самое главное - воспитание. Воспитание понимания того глобального мира, в котором мы находимся, или в рамках страны.

Вот здесь давайте между собой начнем выполнять этот интегральный закон природы. Мы сразу же получим от природы (я не хочу об этом говорить, потому что это будет выглядеть сейчас немножко мистически), но мы начнем получать от природы правильный "респонс".

Как только мы начнем правильно взаимодействовать с окружающим миром, в гармонии между собой, мы вдруг начнем ощущать добро, мы вдруг начнем ощущать какие-то новые силы, новые ресурсы.

М. Делягин: Да, стучите и откроется. Конечно.

М. Лайтман: Да. То есть давайте не будем говорить об экономическом перераспределении богатств, возможностей и так далее. Не надо. Просто минимальный прожиточный уровень и воспитание, глобальное образование.

М. Делягин: Знаете, объяснять людям, что если они будут продолжать тем же путем, то уйдут в никуда, и даже в эмиграцию их не пустят, причем, оттуда, а не отсюда, - надо. Надо объяснять им, что на Западе тоже плохо, и нужно здесь строить, так сказать, ну если не "град на холме", то, по крайней мере, какое-то благополучие и равновесие с законами психологическими и природными, или там, Божьими или человеческими (зависит от формулировки) тоже нужно. Но успех может быть нечаянным на этом пути.

Реальная задача, которую можно решить - это снизить разрушительность предстоящего нам кризиса. Вот эту задачу решить можно. И соответственно можно резко снизить вероятность, так сказать, негативного исхода кризиса, то есть нашего исчезновения.

Если заодно удастся, так сказать, победить и убедить людей, что - да, вы не правы, думайте по-другому, заботьтесь хотя бы чуть-чуть о тех, кого вы презираете, тогда - да, это вообще будет фантастично. Я скептически отношусь к этому варианту, но его исключать нельзя, потому что, ну, всякое бывает.

М. Лайтман: Ясно. Я очень благодарен Вам за нашу беседу. Очень рад был познакомиться.

М. Делягин: А я благодарен Вам. Мне тоже очень приятно. Всего Вам доброго!

Михаил Делягин: "Задача, которая стоит перед человечеством, - людоедская".

Читать далее →

Беседа известного российского экономиста и политолога Михаила Делягина с профессором онтологии и теории познания, каббалистом Михаэлем Лайтманом.

М. Лайтман: Я очень рад нашей встрече. Я немножко в стороне от экономистов, политологов и мне очень интересно слышать их мнение.

М. Делягин: Мне тоже очень приятно. Ну, а от экономистов и политологов лучше быть в стороне нормальному человеку.

М. Лайтман: Я хотел бы уточнить Ваше мнение о текущем кризисе. Вы почему-то пишете, что кризис приведет к разделению, к разрыву связей между всевозможными международными экономическими структурами.

М. Делягин: Не к окончательному. Мы сейчас переживаем ситуацию, когда интеграция - хотя мы ее называем сейчас глобализацией - превысила возможность управляющих систем. Управляющие системы не справляются со слишком большой сложностью мира и пытаются его упростить, в том числе ограничив регионы.

С другой стороны, с чисто экономической точки зрения то, что мы сейчас переживаем, это кризис перепроизводства, вызванный загниванием глобальных монополий. Эти монополии зашли в тупик, и попытаться выйти из этого тупика можно лишь на базе новых технологий.

Они будут, вероятно, более дешевыми и более доступными, чем нынешние, потому что, современные глобальные монополии безумно усложнили процесс. Вот у меня в кармане мобильный телефон. И я использую примерно одну пятую, а то и одну десятую часть его функций, потому что это слишком сложно.

А что значит, более общедоступные технологии? Это значит, что люди большую часть того, что они потребляют, смогут производить для себя сами. Это означает снижение потребности в международной торговле. То есть произойдет некоторая регионализация, не раздробление вот на маленькие кусочки, но как бы разделение на большие, крупные регионы.

Я не говорю, что это хорошо и что это окончательно. Но один из этапов нашего развития в ходе этого кризиса - это усиление протекционизма в экономике. Это вещь естественная, неизбежная. И мы уже видим рост протекционизма в Евросоюзе, в Америке и так далее.

М. Лайтман: Но в Древнем Вавилоне человечество уже находилось в подобной ситуации как сегодня. Тогда тоже была глобализация - полностью замкнутая, ограниченная в объеме цивилизация, люди зависимы друг от друга. И вследствие этого между ними вспыхнула огромная взаимная неприязнь, ненависть - то, что мы сегодня наблюдаем в мире.

Тогда люди пошли за своими эгоистическими склонностями, разделились, расселились по всему миру и таким образом избежали дальнейшего кризиса. Сегодня мы находимся в таком же состоянии, но деваться нам уже некуда.

Попытки же разделяться и отдаляться приведут нас к нацистским режимам, мировым войнам, огромным катаклизмам и так далее. Не говоря уже о природе и о том общем кризисе, в котором мы находимся и в науке, и в воспитании… Люди углубляются в наркотики, развал семьи, образования и т. д. То есть это кризис не экономический и даже не экологический, он просто всеобщий, глобальный.

И разделение нам сейчас не поможет, потому что оно идет против закона природы. Природа должна привести нас к такой общей гармонии, чтобы человек не выделялся от природы, а чувствовал себя непосредственной ее частью. И мы должны будем этот закон единства природы соблюсти и придти к тому, что мы - единое целое.

Глобализация вынуждает нас сделать единым все наше хозяйство, но и наши взаимоотношения должны быть выровнены. Мы не можем быть какой-то раковой частью природы, когда все потребляем и ничего как бы обратно не отдаем, не находимся с ней в гармонии.

Мы относимся к природе, будто мы находимся вне ее, вне этой всей системы. Поэтому разделение я вижу, как отрицательную попытку убежать от той тенденции, в которой мы находимся поневоле. И протекционизм - это, в общем-то, вызывающая страх тенденция, потому что она идет просто против всего течения нашей цивилизации.

М. Делягин: Да, расселяться уже некуда. То есть мы находимся примерно в том же положении. Более того, с чисто социально-экономической точки зрения у нас ситуация даже немножко хуже, чем то, о чем Вы говорите.

Если исходить из прежней индустриальной парадигмы, что люди существуют ради потребления, тогда задача, которая стоит перед современным человечеством, - она чудовищная, людоедская. И нацизм отдыхает на фоне этой задачи. Потому что задача в том, как утилизировать огромную часть населения Земли.

И единственная альтернатива - это признать, что прибыль и потребление в целом не являются целями, что нужно изменить смысл развития. Вот этот этап прошли - все! Его отработали - идем дальше.

То есть, с одной стороны, очень понятная, очень технологичная, очень знакомая, абсолютная зияющая пропасть, катастрофа - в прямом смысле слова, да только не для одного народа, а для всех. А с другой стороны, да, в принципе, выход, потому что саморазвитие тоже может быть целью.

Но как социально будет устроено общество, где все будут заниматься саморазвитием? И почему люди будут заниматься саморазвитием, когда очень многим приятней лежать с пивом у телевизора? Это тоже открытый вопрос. Как? Под влиянием чего?

И вот этот выбор меня страшит больше всего. Потому что выбор "катастрофический путь" - он понятен. Путь выхода из катастрофы - он не понятен, по нему далеко никто не уходил. Вот это вот вопрос, на который нет ответа, который меня ужасает.

М. Лайтман: Ответ есть - он заключается в воспитании. Во-первых, в принятии решения правительствами - снабдить всех людей минимальным, тем, что необходимо для существования. Речь не идет о том, чтобы жить в трущобах, это просто минимально необходимое.

И затем - воспитание, воспитание человечества. Потому что все равно мы придем к этому. Закон природы обяжет. Даже если мы сократимся до нескольких миллионов, он обяжет нас прийти к правильному взаимодействию, как любой живой организм. И если мы поймем, что другого выхода нет, что главное - это взаимодействие во имя общего выживания, тогда мы вдруг найдем силы - потому что они в природе существуют.

Вся проблема только в том, чтобы донести вот эту общую картину в правильном виде, поставить ее со стороны ученых, политологов, экономистов перед правительствами, в правильном виде, чтоб мы увидели, что не можем прятать голову в песок. И тогда выход - он, в общем-то, простой.

М. Делягин: Здесь есть два вопроса. Первый вопрос: кто будет воспитывать воспитателей? Но самый главный вопрос… Вы исходите из презумпции ответственности правительств перед своими народами. Так было во времена "великих стариков", когда Эйнштейн написал Рузвельту, и начался манхэттенский проект, потому что Рузвельт чувствовал свою ответственность перед народом Америки. Он не мог встать и уехать в швейцарский замок.

Информационные технологии, которые очень сильно упростили коммуникацию, - они очень сильно снизили ответственность управляющих структур, элит, руководителей перед своими народами. Во всем мире, не только у нас. Люди, которые управляют той или иной территорией, тем или иным народом, уже соотносят себя не только с этой землей и с этим народом - они соотносят себя с глобальной тусовкой. Я не могу применить более вежливого термина, чем этот жаргонный термин.

Что такое "Большая двадцатка"? Это же клуб. Это люди съезжаются поговорить о каких-то там вопросах. Они не принимают решений, они просто, так сказать, вырабатывают общий подход к жизни. Это люди, которые чувствуют свою близость друг к другу на глобальном уровне значительно сильнее, чем ответственность перед своими людьми.

Они живут по-другому, они живут в другом мире, и для них такой же партнер, такой же руководитель из другой страны, или даже с другого континента намного ближе, понятнее, чем его собственный народ. И он ответственен не перед своим народом, а перед этим клубом, и психологически, и социально, потому что нужно поддерживать статус.

Первый раз я это услышал от российских реформаторов в начале девяностых, когда мне сказали: "Ну, слушай, если мы поступим против МВФ, то это будет катастрофа - нас не пригласят на следующую конференцию. А если здесь будет революция, мы будем почетными беженцами в любой фешенебельной стране мира".

И если прийти к ним и сказать: "Дорогие коллеги, вы должны накормить, там, два миллиарда человек в бедных станах, чтобы они не умерли от голода", - вам ответят две вещи. Первое: "Я эти деньги должен буду оторвать от своих налогоплательщиков, я этого сделать не могу". И второе: "А что мне до этих людей? Пусть они умирают".

М. Лайтман: Но должны же правительства каким-то образом готовить население к тому, что будет. Думать только о собственно кармане - это же…

М. Делягин: Я боюсь, что это слишком сложно для них. Система управления просто отстранилась от собственных аналитических структур. Это беда. И если сейчас говорить этим людям о поколениях, они просто могут не понять. Разумеется, нужно говорить, и нужно говорить громко и понятно, но уповать на сегодняшние управляющие системы - недостаточно.

М. Лайтман: Но если все-таки не изменится общественное мнение, то таким образом не изменится и наше принятие этих общих, глобальных сегодня, воздействующих на нас законов. Вы понимаете, что мы находимся в системе, которой противоположны?! Система вынуждает нас к глобальности, к интегральности, к гармонии с собой.

Мы оказались внутри какого-то баллона, шара, который воздействует так на нас. Должны же мы каким-то образом постепенно осознать! Причем, все люди, от мала до велика, должны пройти постепенно-постепенно вот эту внутреннюю революцию понимания того, в каком мире мы оказались, не по своей вине.

М. Делягин: Слушайте, наш разговор очень полезен. Потому что их «ахиллесова пята» находится в вере в Запад. Их безответственность зиждется на святой убежденности, на религиозной вере в то, что в случае чего они прекрасно доедут на машинах с мигалками до своих персональных самолетов и улетят к своим персональным замкам в Швейцарии.

Если они поймут, что у них может не оказаться персональных замков в Швейцарии, причем, не потому что плохие буржуи их ограбят… Они почему-то свято веруют в западное право, хотя есть примеры, которые развеивают эту веру. А если они поймут, что на Западе будет еще хуже, или то же самое, тогда - да, у них появится шанс стать вменяемыми.

Это интересно, это рабочий вариант. По крайней мере, это не тупиковая дорога. И, кстати, в данном случае, неопределенность глобального развития играет России сильно на руку, потому что она снижает степень включенности нашего руководства в эту глобальную тусовку, и снижает стимул и желание войти в нее.

Но еще чудовищный путь предстоит пройти. Причем, чудовищный путь именно самоотрицания, чтобы человек понял, что он не сможет провести пенсию в Италии, в Лондоне и в Швейцарии, а лучше он обустроит здесь все так, чтобы провести здесь, при чудовищном презрении к русскому народу, которое воспитано в этой среде последними двадцатью годами, это долгий путь.

М. Лайтман: Давайте мы по нему не пойдем. Давайте мы объясним, что не надо делиться карманом, не надо думать об уменьшении доходов, не надо отдавать власть, не надо заменять чиновников высшего уровня третьим, четвертым уровнем... Давайте будем решать только социальную проблему.

Обеспечим всех минимальным прожиточным минимумом, только лишь минимальным. Дадим за это тому, кто помогает в этом, огромный почет, огромное уважение, огромное признание, народное, в средствах массовой информации и все прочее. И самое главное - воспитание. Воспитание понимания того глобального мира, в котором мы находимся, или в рамках страны.

Вот здесь давайте между собой начнем выполнять этот интегральный закон природы. Мы сразу же получим от природы (я не хочу об этом говорить, потому что это будет выглядеть сейчас немножко мистически), но мы начнем получать от природы правильный "респонс".

Как только мы начнем правильно взаимодействовать с окружающим миром, в гармонии между собой, мы вдруг начнем ощущать добро, мы вдруг начнем ощущать какие-то новые силы, новые ресурсы.

М. Делягин: Да, стучите и откроется. Конечно.

М. Лайтман: Да. То есть давайте не будем говорить об экономическом перераспределении богатств, возможностей и так далее. Не надо. Просто минимальный прожиточный уровень и воспитание, глобальное образование.

М. Делягин: Знаете, объяснять людям, что если они будут продолжать тем же путем, то уйдут в никуда, и даже в эмиграцию их не пустят, причем, оттуда, а не отсюда, - надо. Надо объяснять им, что на Западе тоже плохо, и нужно здесь строить, так сказать, ну если не "град на холме", то, по крайней мере, какое-то благополучие и равновесие с законами психологическими и природными, или там, Божьими или человеческими (зависит от формулировки) тоже нужно. Но успех может быть нечаянным на этом пути.

Реальная задача, которую можно решить - это снизить разрушительность предстоящего нам кризиса. Вот эту задачу решить можно. И соответственно можно резко снизить вероятность, так сказать, негативного исхода кризиса, то есть нашего исчезновения.

Если заодно удастся, так сказать, победить и убедить людей, что - да, вы не правы, думайте по-другому, заботьтесь хотя бы чуть-чуть о тех, кого вы презираете, тогда - да, это вообще будет фантастично. Я скептически отношусь к этому варианту, но его исключать нельзя, потому что, ну, всякое бывает.

М. Лайтман: Ясно. Я очень благодарен Вам за нашу беседу. Очень рад был познакомиться.

М. Делягин: А я благодарен Вам. Мне тоже очень приятно. Всего Вам доброго!

Михаил Делягин: "Задача, которая стоит перед человечеством, - людоедская".

Читать далее →

Тест на единство

Каждый из нас в жизни проходил это. Начиналось еще с юношеских попыток самоопределения, то есть с попыток познакомиться лично с собой, найти свое место среди себе подобных и утвердиться на нем. А приводило нас, в конце концов, к необходимости жить и действовать не в одиночку, а в рамках семьи -для семьи, в рамках рабочей группы - для достижения общей цели.

Этот процесс происходит сейчас со всеми нами, с человечеством. Все мы, народы мира, не успев, в кутерьме прошедших тысяч лет толком понять каждый сам себя, вдруг чувствуем, как что-то все настойчивее подталкивает нас к одному общему экрану. Курсор намертво прилип к линку "Тест на единство", а на клавиатуре, как в дурном сне, одна только клавиша - Enter.

Счастливая, обеспеченная жизнь

Кризис подталкивает человека к тому, чтобы мы стали единой группой людей, работающих на одну цель. Стать такими – это единственная возможность и для выживания, и для дальнейшего развития, которая сейчас предоставлена миру.

Неудачи всех совещаний и встреч, на которые слетаются политики и экономисты со всего мира с целью разработать хоть какой-то план развития, - еще не говоря "спасения", - происходят от незнания этой единственной возможности достижения цели. Ведь они по-прежнему мыслят понятиями сосуществования.

Целью же, требующей от нас единства, может быть, естественно, только счастливая, обеспеченная жизнь всех людей на земле. И то, что звучало как цель в самых смелых заявлениях любой монархии, демократии, диктатуры, - все ведь декларируют свою заботу о благе народа, - было недостижимо именно потому, что каждая часть, каждый "орган" общего тела, человечества, решал построить счастье для себя, читай "за счет других". И даже когда целью объявлялось счастье всего человечества, средством было подчинение всех отдельной власти, отдельной идеологии.

Тенденция

В развитии человеческого сообщества наметилась нездоровая тенденция. Раньше мы развивались по направлению к "светлому будущему" – пусть каждый и строил под него свою модель. С начала этого века модели светлого будущего не создаются за ненадобностью, а мир движется в неизвестном направлении, уходя от бед, которые он переживает и которые подталкивают сделать хоть что-то, чтобы избавиться от них.

Движение в "убегании от плохого" - это не развитие. Поэтому важно, чтобы именно сейчас как можно больше людей поняли и приняли неизбежность и перспективность новой формы жизни: в объединении, когда каждый действует для блага всех, и все - для каждого. Тогда цель, которая ушла от нас, не попрощавшись, вернется и займет свое место в жизни рода человеческого и каждого из нас.

Духовная сила

Где мы только не искали духовную силу, которая могла бы сделать нас счастливыми? И на вершинах гор, и в глубинах души мы выпрашивали ее у засохших мощей и у живых колдунов. И в то же время мы сплошь и рядом, постоянно и умело, использовали ее - единственную настоящую духовную силу, данную от природы человеку.

Это сила единения, - люди ощущают ее действие, когда сплочены воедино для достижения общей цели. Чтобы попользоваться ею, мы сбегались в ватаги, мы сплачивались в коммуны, объединялись в народы, сжимались "в единый громящий кулак" партий, рот и групп захвата. А сила эта, как любая природная сила, - едина, рассчитана на род человеческий как на единый организм. Ведь это только мы еще по-детски делим себя на ватаги, а для природы мы - единое образование. Поэтому, пользуясь ею "по частям", или того хуже, "стенка на стенку", мы эксплуатировали ее во зло. И вот наступил предел. Поэтому человек начинает ощущать несоответствие между собой и этой силой.

Знают, - но не могут

Несоответствие это и называется кризисом. Накапливалось оно долго, шаг за шагом. Так же бывает и в человеке: болезнь в нем развивается, это объективно, а он еще чувствует себя здоровым, потом вдруг, "откуда ни возьмись", появляется ощущение болезни, потом становится совсем невмоготу. Это значит, что человеческий эгоизм вырос, перерос возможности нормальных эгоистических связей, соединявших нас в различные сообщества.

Специалисты многих областей знания чувствовали это последние десятилетия и говорили о том, что процесс выльется в кризис в экологии, в воспитании, - и не только. Даже деятели промышленности и экономики предупреждали, что образование финансовых пузырей приведет к экономическому кризису. И хотя становится все яснее многим, что настоящий кризис - в нарушении связей между людьми, никто не понимает пока, как правильно наладить эти связи.

Нужна методика исправления связи между людьми, и тогда все остальные системы, зависящие от качества взаимоотношений между людьми, станут восстанавливаться, исправляться, оздоравливаться. Потому что человек - высшее звено эволюции, и остальные уровни природы (животный, растительный, неживой) зависят от зрелости его как высшей ступени. Мы уже начали в этом убеждаться.

Добрая почва

Нам очень нужно сдать этот экзамен на зрелость. Вот он перед нами: жизнь наша как лист со множеством, массой вопросов, на которые нужно ответить. Мы по привычке копаемся в прошлом, лихорадочно отыскивая в нем шпаргалки, а тем временем внутри нас растет какое-то новое, незнакомое ощущение. Ощущение того, что сдать этот экзамен – проще простого, но для этого нужно сделать то, что пока кажется невозможным. Нужно систему связей между нами просто, как росток, пересадить на другую, добрую почву, которая называется единством в работе на общую цель. Когда мы сделаем это, тогда все системы, включая системы природы, смогут войти в норму.

Михаил Гонопольский

У кого есть шпаргалки на кризис?

Читать далее →

В наше время мы являемся свидетелями постепенного отмирания старой экономической системы, направленной на обогащение узкой группы владельцев и топ-менеджеров. Показательный пример - крупнейший в мире производитель алюминия и глинозема компания "Русал", совокупная задолженность перед банками 16.8 млрд. долл., при этом чистый убыток компании в первом полугодии 2009г. 160 млн. долл. Подобные показатели в меньших масштабах демонстрируют многие и многие компании. Не зная, какая экономическая модель должна прийти на смену уходящей системы, верхушка современной экономической пирамиды пытается спасти свои интересы.

Владельцы некогда прибыльных предприятий, стараясь любой ценой удержаться у кормушки, шантажируют власть для вливания средств в банкротящиеся предприятия. Топ-менеджеры в условиях массовых сокращений с усердием выписывают себе новые премии. Власть, являясь неотъемлемой частью старой системы, потакает латанию дыр тонущего корабля путем вливания средств в неэффективные предприятия. Доходит уже и до того, что некоторые олигархи, по слухам, строят себе подземные бункеры в Лондоне под особняками, пытаясь обеспечить себе безопасное будущее. Так, жена мэра Москвы, по информации газеты Sunday Times, строит под особняком Уитэнхерст целый подземный город, стоимостью в десятки миллионов долларов

Если посмотреть на ситуацию в общемировом масштабе, эпоха глобализации диктует нам свои правила: если во времена противостояния капиталистического и социалистического блоков каждая из сторон пыталась обогнать другую в той или иной отрасли, то сегодня необходимость в таком соревновании отпала. Каждая страна может сосредоточиться на производстве той продукции, которая у нее получается лучше, чем у других, и продавать практически в любую точку мира. Таким образом, человечество может значительно сэкономить свои ресурсы и каждый народ может сосредоточиться на том, что у него получается лучше, чем у других, нисколько не сомневаясь в том, что его обеспечат всем остальным другие участники глобальной семьи.

В чем же будет принципиальное отличие экономики будущего от старой экономической системы? Принципиальный подход, основанный на принципе "от каждого по способностям, каждому по потребностям", - подход, основанный на вкладе каждого в общее дело и получении своей доли в зависимости от вложенных усилий. Причем данный подход нисколько нельзя назвать коммунистическим, т.к. он не направлен на стирание граней между богатыми и бедными и не ставит целью обеспечить бедных ненавистью к богатым, в чем преуспели коммунисты. Только такой подход может считаться справедливым, несмотря на то, что усилия каждого человека при производстве продукта или услуги скрыты от взгляда.

Понимание базовых принципов экономики будущего (альтруистической экономики, когда каждый ставит интересы общества выше собственных) поможет каждому ее участнику найти свое место в новой системе и быстрее преодолеть негативные последствия развала старой модели.

Егор Кошенков

Конец эпохи эгоистической экономики

Читать далее →

Пока все обсуждают, как успешно обойдены острые углы экономики и рынки вот-вот сделают скачок вперед, никто особо не обращает внимание на тот факт, что американская экономика разваливается на наших глазах. Все эти близорукие комментаторы как будто проходят мимо уже практически всеми признанного заключения, что еще до краха в 2008 году наша экономка уже не могла обеспечивать себя. Если бы тогда дисбаланс можно было восстановить, я бы и сам присоединился к эйфории. Но факты - упрямая вещь, и слишком многие из них показывают, что мы не сможем свернуть с опасного курса.

На прошлой неделе Бюро Анализа Экономики сообщило, что потребление, по сравнению с послевоенным периодом, возросло на 71%. Этот уровень значительно выше, чем в других развитых промышленных странах, и гораздо выше уровня потребления в Китае и других быстро развивающихся государствах. В то же время объем нашей промышленной продукции сокращается, наш торговый дефицит растет, как и прежде (после сокращения в начале года), а наши сбережения иссякают (после краткого подъема в начале года).

Цифры подтверждают, что правительственные стимулирующие дотации увеличивают структурный дисбаланс, который подтачивает экономику. Последний "подскок" в ВВП не является результатом роста объема производства, а основан на том факте, что мы просто одалживаем больше, чем когда-либо раньше. И это как раз то, что привело нас к хаосу с самого начала. Экономика не может бесконечно расти за счет того, что одалживает больше, чем производит. Такой курс не просто несостоятелен, - он лишь наращивает долг, чем обеспечивает неминуемо более глубокую рецессию, когда придет время платить по счетам.

Эта надвигающаяся депрессия не закончится до тех пор, пока маятник расходов кардинально не изменит движение и не начнет двигаться в противоположном направлении. Это будет катастрофическая перемена, и в то же время - ушат холодной воды, который нам всем необходим, чтобы вернуть экономику к жизни. Я думаю, уровень потребительских расходов, как части ВВП, должен будет временно сжаться до приблизительно 50%, пока постепенно не начнет двигаться в сторону своих исторически сложившихся 65%. Такое продвижение означало бы восстановление наших личных сбережений, понижение долга и торгового дефицита, а также увеличение объема промышленного производства.

Тогда это было бы настоящее выздоровление. А пока, чем выше процент расходов, тем более болезненным будет окончательное падение экономики. Потребитель и правительство должны тратить меньше, чтобы их сбережения давали доход предприятиям для капиталовложений. Предприятия же, в свою очередь, будут производить больше продукции и нанимать больше людей, тем самым способствуя национальному процветанию. Однако вместо того чтобы позволить болезненному, но полезному уколу вылечить нашу экономику, правительство предпочитает обезболивать голосующее общество ядовитым новокаином дешевых денег...

Основной фактор, который позволяет правительству выдавливать масло из экономической змеи, - это уникальная роль доллара в качестве резервной мировой валюты и жажда наших кредиторов сохранить этот статус. Выкупая доллары и одалживая их нам опять через государственные казначейства, производящие страны мира дают Америке карт-бланш, чтобы она могла играть в доброго Санта Клауса.

Как ни странно зарубежные правительства готовы финансировать нашу привычку тратить деньги, и в то же время критикуют нас за низкую сберегательную способность. На последней встрече Большой Двадцатки в Питсбурге все, включая президента Обаму, согласились, что урегулирование глобального экономического дисбаланса является первостепенной необходимостью. Это определенно потребовало бы от американцев меньше тратить и больше сберегать. Но поскольку иностранные банки продолжают скупать наши долги, президент не торопится употребить свою политическую власть для поощрения такой перемены.

Обычно, если политики увеличивают правительственный дефицит, избиратели вскоре начинают испытывать нарастающую инфляцию и повышение кредитных процентов. Тем не менее, если иностранные центральные банки продолжают поставлять фонды, эти последствия откладываются на неопределенное время. В результате, американским политикам нет нужды вообще когда-нибудь принимать необходимые трудные решения, чтобы выйти из кризиса.

Вместо этого бремя может пасть на граждан тех стран, правительства которых одалживают другим. Конфликт в том, что в странах-кредиторах преобладающее меньшинство на самом деле выигрывает от такого субсидирования (владельцы китайского экспорта, например), тогда как абсолютное большинство не в состоянии поддерживать такие связи. И чтобы продолжать игру, иностранные политики используют такую же приманку, как наша.

Как бы то ни было, иностранные правительства сколько угодно могут читать нам лекции насчет бережливости и осмотрительности, но если они будут одалживать, мы будем тратить. Каждый родитель знает, что если он устанавливает правило, но не наказывает за его нарушение, правило никогда не будет принято всерьез. Мое чутье подсказывает мне, что иностранные правительства уже начинают уставать от нашего поведения и находятся на грани того, чтобы ввести, наконец, некоторую дисциплину. Это означает, что дни доллара как мировой резервной валюты сочтены, и американская экономия вот-вот начнется.

По материалам П.Скифф financialsense.com

Глеб Зиновьев

Счастье - жить в неведении

Читать далее →

Такова уж человеческая природа, нам хочется побыстрее забыть о плохом и переключиться на радужную перспективу. Поэтому после экономического потрясения, не меняясь, нам хочется двигаться к прежним целям. Однако период затишья, наступивший после острой стадии кризиса, купленный благодаря вмешательству правительств и центральных банков развитых стран и подкрепленный множеством бравурных заявлений о наступившем восстановлении экономики, стал давать трещины.

Пока мир еще находится под впечатлением от недавнего шока, вызванного Дубаем, Европа уже всерьез обеспокоена экономическим положением в Греции, которая первой из стран Еврозоны оказалась на гране дефолта. Греция, являющаяся примером алчной экономики, наращивавшая внутреннее потребление за счет займов и мягкой фискальной политики, достигла высокого уровня бюджетного дефицита. Ожидается, что в 2010 году ее внешний долг может достичь 125% ВВП. Несмотря на нарушение Грецией Маастрихтских соглашений, согласно которым бюджетный дефицит страны не должен превышать 3% ВВП, серьезных санкций в отношении Афин до сих пор не применялось.

Да о каких санкциях может идти речь, когда весь мир сам уже находится под санкциями закона глобализации. Чтобы помочь Греции, другим европейским странам придется поднапрячься и изыскать дополнительные финансовые ресурсы и возможно даже обратиться в МВФ, ведь если бросить ее на произвол судьбы, это может оказаться серьезным ударом по ЕС. Кроме Греции в похожей ситуации на европейском континенте могут оказаться Ирландия, Испания, станы Балтики и Восточной Европы.

Серия дефолтов может поставить под угрозу существование всей объединенной Европы, и без этого раздираемой взаимными противоречиями, готовыми взорвать этот "общий дом". На этом фоне министры финансов некоторых стран поспешили подстраховаться, сделав заявления о преждевременности разговоров о выздоровлении экономики. Глава Минфина России Алексей Кудрин в разрез со своими предыдущими заявлениями о начале восстановления российской экономики признал, что экономика еще долго будет лежать на дне и еще не все финансовые пузыри сдулись. Ему вторит министр финансов США Тимоти Гейтнер, заявивший, что правительству слишком рано провозглашать победу над кризисом.

Параллельно с этим власти США занялись изучением той роли, которую сыграли рейтинговые агентства в возникновении кризиса, давая слишком оптимистичные прогнозы по надежности компаний. Сейчас они кинулись искать, кто же это говорил, что все хорошо, когда уже было плохо. Опасаясь обвинений, рейтинговые агентства поспешили предупредить о возможном обвале рейтингов многих европейских правительств.

Обрадовавшись проблескам восстановления, многие перестали искать причину возникновения кризиса в неразумном потреблении, непропорциональном распределении, отсутствии нравственной основы.

До сих пор общество продвигалось под воздействием закона эгоистического развития с его установкой на самонасыщение. Однако кризисные явления, проявляющиеся не только в финансовой системе, но и воспитание, экологии, показывают, что мы не можем пользоваться им по-старому. Мы дошли до точки, когда в силу вступил закон гармоничного развития, учитывающий нашу взаимозависимость друг с другом и через нее влияющий на все уровни и сферы жизни.

Сегодня никто не может сидеть и радоваться, что где-то страдают и меня это не затронет. Самой чувствительной оказалась экономическая система. Поможет ли нам та временная передышка, которую мир получил? Ведь она необходима не для успокоения, а для исследования и понимания мира, в котором мы живем. От нас зависит, сможем ли мы сделать переход от условий существования в рамках эгоистической гонки к сбалансированному обществу. Перед человеком стоит вопрос: или эгоизм будет властвовать над ним, или он научится властвовать над эгоизмом и контролировать ситуацию?

Гиора Штарк

В очереди за дефолтом

Читать далее →

Достали. Достали экономисты, гуру и эксперты которые за кучей словесной шелухи и пустых красивых фраз скрывают отсутствие понимания происходящих кризисных явлений. То что можно доступно, «на пальцах», объяснить в течении пяти минут, и объяснить так, что это будет понятно и пятилетнему ребёнку, на деле загромождается бессмысленной словесной мешаниной. Например Егор Гайдар — герой перестройки и всеобщий народный любимец, в своём последнем интервью (ссылка на интервью) показал полное отсутствие собственных идей о причинах и возможном развитии настоящего экономического кризиса. Алексей Кудрин в одной из своих недавних лекций ясно обозначил свой уровень — финансами страны управляет некто с ментальностью бухгалтера. Оказывается идея о накопление стабфонда базировалась на банальной логике хорька, тырящего зерно «про запас», и меньше всего предназначалась стратегическому планированию и созданию условий для дальнейшего развития. Михаил Хазин, столь популярный у интернет-аудитории, показывает наличие здравого смысла, но он либо что-то не до конца понимает, либо избегает затрагивать непопулярные, а возможно неразрешённые цензурой, моменты. Возможно опасаясь навредить своему авторитету или деятельности своего детища — консультационному центру «НЕОКОН».

Человеческое сознание зачастую является нагромождением мифов, смутных убеждений и ложных теорий. Новая информация пропущенная через этот фильтр может искажаться и терять свой первоначальный смысл. Поэтому хотелось бы, чтобы последующий текст был оценён прежде всего с позиции логики, отбросив всякие существующие предубеждения.

Для глубокого понимания происходящих явлений необходимо уяснить одну простую, но отнюдь не столь очевидную закономерность. Действие этой закономерности проще всего показать на нижеследующем примере.

Большинство населения любой страны живёт на зарплату. Зарплата как правило не растёт и целиком расходуется на покрытие текущих расходов. В то же время в любой стране существует группа состоятельных людей, доходы которых превышают необходимости текущего потребления. Неиспользованные финансовые средства состоятельные люди инвестируют с целью получения прибыли. Полученную в результате прибыль так же инвестируют, что ещё больше увеличивает следующую порцию прибыли. Как результат доход людей обладающих инвестиционным капиталом не просто растёт, а увеличивается с нарастанием, лавинообразно.

В результате формализуются две тенденции: большинство живущее на постоянную зарплату и состоятельное меньшинство, чей доход определяется наличием и инвестированием капитала, и чей доход постоянно ускоренно растёт. Происходящее лучше всего характеризует фраза: «Деньги делают деньги, а труд делает мозоли и боль в спине». Наличие начального капитала, а так же его количество, становятся определяющим фактором жизненного успеха.

Важный для понимания момент это то, что и состоятельное меньшинство и бедное большинство живут в условиях одной и той же монетарной системы. А значит если богатство меньшинства растёт быстрее чем растёт экономика в целом (или растёт когда нет вообще никакого экономического роста), то данный рост может происходить только за счёт перераспределения доходов общества в пользу состоятельной элиты. Богатые становятся богаче за счёт уменьшения доходов остальных членов общества. Парадоксальный и убийственный вывод!

Данный парадокс объясняется самой сущностью понятия богатства. Богатство — это обладание некой ценностью, которая нужна обществу, и которое общество имеет возможность купить. И именно в способности общества покупать эту ценность и заключается вся разгадка! Если есть продукт, но доход общества не позволяет его полную реализацию, то избыток нереализованного продукта перестаёт быть богатством! Если доходы общества и покупательская способность не растут (нет роста реального роста зарплат), то инвестиционный капитал не может создавать дополнительные богатства. Можно конечно взять деньги, и построить фабрику, и начать выпускать не ней продукцию, но внутри страны эту продукцию будет невозможно продать! Продукция не может стать товаром! Можно попытаться снизить цену продукции, но есть минимальная цена, обусловленная издержками и рентабельностью, ниже которой снижение цены невозможно. И если происходит насыщение и внешнего рынка (то, что уже произошло в условиях современной глобализации), то не остаётся такого места на земле, где можно было бы продать всю дополнительную продукцию. Насыщение спроса заставляет капитал переключиться с финансирования реального сектора экономики на скупку товаров первой необходимости, товаров от которых люди могут отказаться в последнюю очередь. Цены на эти товары начинают расти, доходы людей покупающие эти товары — падать, но одновременно растут доходы инвесторов спекулирующих на них. Начинается ускоренное перераспределение доходов общества в пользу владельцев капитала.

Конечно, в развитых странах с действующей кредитной системой существует временный буфер — продажа товара в кредит, в долг, под будущие доходы. Но это всего лишь временное спасение. Продав продукт сегодня под «завтрашний» доход, завтра продать этот продукт будет уже некому. И во вторых, за кредит тоже надо платить проценты, а значит проживание «в кредит» ещё и непосредственно снижает реальный доход потребителя. Снижение дохода потребителя плавно оборачивается увеличением дохода инвестора, выдавшего кредит покупателю товара.

Все говорят об огромной государственной задолженности Западных стран. Должны много не только США, огромные задолженности у всех развитых стран. На этой очень наглядной диаграмме видно, что долг США вполне пропорционален государственной задолженности других развитых стран. У Японии, например, отношение долга к ВВП более чем в два раза выше чем у США. Но говоря о долге основное внимание концентрируют на его величине, упуская из вида, что в создании долга участвуют две стороны: должник и заёмщик. И редко у кого возникает вполне естественный вопрос: если есть должник, то кто заёмщик? И почему деньги есть в избытке у заёмщика, но нет у должника? Если посмотреть на структуру государственного долга, то у всех развитых стран подавляющая его часть составляет так называемый «внутренний долг». В переводе на нормальный человеческий язык это означает государство должно своим наиболее состоятельным гражданам, частным лицам. В США например 50% государственного долга составляет долг Федеральной Резервной Системе (ФРС). А ФРС как известно есть союз наиболее крупных Американских частных банков. Если же обратить внимание на задолженность частных лиц, которая в основном состоит из долгов по ипотеке и кредитным картам, то окажется, что заёмщиками опять выступают крупные частные банки. И владельцами этих банков являются вполне определённые фамилии и лица. Практически всё Западное общество находиться в неоплатном долговом рабстве у узкого круга финансовой элиты. Состоятельное меньшинство обладая финансовой мощью подминает под себя государство, и превращает его в инструмент собственной воли и обогащения. Хвост начинает вилять собакой!

Понятно, что рано или поздно возможности кредитной системы для поддержания потребительского спроса оказываются исчерпанными — для покупки товара использованы все настоящие и будущие доходы. Спрос достигает полного насыщения, товар уже невозможно продать даже в кредит. Соответственно и инвестиции в реальное производства оказываются бессмысленными. Но люди получающие прибыль за счёт инвестирования капитала всё равно хотят получать доход, или как минимум стремятся хотя бы сохранить имеющийся капитал. И тогда они начинают вкладывать деньги в те товары которые являются необходимыми для жизни человека. Инвестору принципиально безразлично за счёт чего получен доход: за счёт увеличения производства и роста экономики, или за счёт перераспределения дохода от других групп населения. Поэтому инвесторы начинают вкладывать деньги в товары первой необходимости,товары, которые люди будут вынуждены покупать за любую цену. Это прежде всего продовольствие, недвижимость и нефть. Цены на эти товары начинают резко расти за счёт спекулятивного, инвестиционного спроса. Это вызывает резкий спад уровня доходов у населения вынужденного покупать эти товары по повышенным ценам, ещё больше снижает покупательскую способность и вызывает лавинообразный обвал и экономики и финансовых рынков.

Если теперь вернуться к началу всей цепочки, то окажется, что изначальной причиной вызвавшей заключительный экономический спад явилось отсутствие баланса между возможностью экономики производить товары массового спроса и возможностью населения покупать эти товары без «надувания» долгового пузыря. Данный дисбаланс спроса и предложения возник по причине непропорционального распределения продукта общественного производства, по причине присвоения собственниками капитала непропорционально большей части произведённого продукта.

Читатель уже наверное догадался к чему я клоню? Да, да, любой человек произносящий фразы подобные фразам предыдущего абзаца немедленно рискует быть обвинённым в приверженности идеям коммунизма, в отрицании свободного рынка, и просто рискует получить ярлык маргинала. Может ли, например, Михаил Хазин публично излагать подобные идеи? Конечно нет! Он немедленно рискует потерять основную часть своих клиентов и почитателей. Слишком уж прочен в массовом сознании штамп, сформированный официальной пропагандой, ассоциирующий любое упоминание о распределении богатства с махровым пугалом коммунизма.

На самом деле коммунизм совершенно другая история. Фундаментальной основой коммунизма является запрет на частное владение капиталом и средствами производства. Согласно коммунистической теории, все заводы, фабрики и колхозы должны принадлежать и управляться государством. В данном же тексте отсутствует даже намёк на запрет частной собственности. Поэтому вопрос эффективного распределения общественного богатства не имеет ничего общего с коммунизмом и может и должен обсуждаться даже самыми ярыми приверженцами либерального, неограниченного капитализма.

Смешно то, что в Западных странах существует огромный конкурс на рабочие места в государственных учреждениях. Есть море желающих проучить работу учителя, почтальона или водителя автобуса. Потому что условия труда на государственных предприятиях лучше, а зарплаты много выше. Поэтому многие жители Западных стран, вздрагивающие от слова «коммунизм», по сути, сами того не осознавая, являются ярыми сторонниками коммунизма! Но такова уж сущность массового сознания — используя отработанную технику можно убедить целые страны и что: «Евреи во всём виноваты!», и что: «Кризис устроила Америка!», и что обсуждать распределение общественного богатства — это плохо! Не удивлюсь, что если через 100-200 лет сам капитализм станет страшилкой для общества!

Сто лет назад было введено антимонопольное законодательство запрещающее доминирование какой-либо компании на рынке. Меньше всего данное антимонопольное регулирование можно считать рыночной мерой. Это чисто административная мера, осуществляемая исключительно в режиме «ручного управления» под полным контролем государства. Но это вынужденная мера, призванная защитить конкуренцию — основу рынка от эксцессов самого рынка. Монополизация рынка убивает конкуренцию, а вместе с ней уничтожает и стимул к развитию и совершенствованию. В свою очередь монополизация финансовой сферы также убивает конкуренцию. Человек достигший финансового доминирования меняет приоритет развития на приоритет сохранения доминирования и власти. Формируется финансовая олигархия, которая подавляет конкуренцию, манипулирует рынками и рано или поздно создаёт тоталитарное государство.

Если страны, являющиеся оплотом капитализма, без тени сомнения поддерживают антимонопольное регулирование и административно ограничивают доминирование в экономике, то почему попытка ограничить доминирование в финансовой сфере немедленно в объявляется анти-рыночной и выставляется возвратом к коммунизму? Как мы видим, данный кризис был вызван исключительно концентрацией капитала, возникшей в результате постепенного, незаметного перераспределения общественного богатства в пользу состоятельной элиты. Данное перераспределение естественно проходит в процессе работы свободного рынка. В капиталистическом обществе богатства создаются в результате труда миллионов участников рынка, но права на владение произведённым богатством распределяются в соответствии с количеством вложенного капитала (но не труда). Учитывая тенденцию капитала к концентрации, неограниченный капитализм неизбежно разделяет общество на супер богатых и супер бедных. Капитализм в его неограниченной форме чрезвычайно опасен. Он подобен пьяному подростку за рулём мощного гоночного автомобиля. Движущей силой капитализма является личная заинтересованность, которая по сути является человеческой жадностью — желанием владеть как можно большим богатством. Жадность заставляет человека больше трудиться и проявлять инициативу. Но она же может заставить человека разрушать среду своего обитания и окружающее общество. Ни в одной западной, развитой капиталистической стране нет понастоящему свободного, неограниченного рынка. Почти все аспекты рынка жестко регламентируются. Любая попытка либерализации какой-либо части рынка неизбежно оборачивается неприятностями. Например настойчивое воспрепятствование со стороны ФРС США попыткам ограничить свободное обращение деривативов немедленно обернулось образованием пузыря и обрушение пирамиды деривативов усугубило настоящий экономический кризис.

Я не собираюсь отрицать наличие рынка, но в моём представлении рынок — это подобие океана по которому движется корабль государственности. Этот корабль приводится в действие мотором в трюме — экономикой, а направление его движения определяет штурман — экономист. Главный штурман-экономист оценивает экономические погодные условия за бортом и состояние мотора-экономики в трюме и выбирает режим работы экономики и курс движения к цели. Движения к какой цели? Хочется наедятся что целью является возможно полная реализация потенциала научно-технического прогресса с целью создания наиболее благоприятных условий жизни для максимально большего количества членов общества. Наивно надеяться что рынок будет сам двигать корабль к этой цели. Рынок живёт по своим законам и ему нет дела до человеческого благополучия. Все апелляции к эффективности рынка на самом деле лишь прикрывают нежелание или неспособность создать эффективную систему государственного управления.

Уже на достигнутом уровне научно-технического прогресса человечество способно обеспечить полное удовлетворение насущных потребностей каждого человека. Каждый может иметь крышу над головой, достаточно еды и необходимых товаров, достаточно средств для отдыха, развлечений и обеспеченной старости. Древние египтяне применяя ручной труд могли содержать армию и строить пирамиды. В сельском хозяйстве ещё 100 лет назад было занято 60-70% населения, а сейчас в Англии всего 3% населения производят достаточно с/х продукции и для внутреннего потребления и для экспорта. В современной производственной сфере занято всего 10-15% населения, остальная часть населения работает в сфере обслуживания и не создаёт непосредственных материальных благ. Постоянная безработица, и безуспешная борьба с ней, говорит об избытке трудовых ресурсов. Торговля идёт на немыслимые ухищрения что бы продать «ещё немножко» товара. Но жизнь большинства людей как и 100-200 лет назад проходит в бесконечной суете с целью заработать минимальные блага — крышу над головой и минимум еды на столе. Восьми-часовой рабочий день был официально узаконен целых сто лет назад. С тех пор электрификация, автоматизация, компьютеризация увеличили производительность труда в 5-10 раз, но люди не только не стали работать меньше, но всё больше и больше вынуждены работать сверхурочно. А если говорить о собственном, мелком, частном бизнесе, то люди работают практически круглыми сутками. Зачем? Зачем тогда весь прогресс? Неужели прогресс достигнутый за последние сто лет не достаточен чтобы люди работали вместо 8 часов в день — 6 часов? Или вместо 5 дней в неделю — 4 дня в неделю? Я не верю что это не возможно! Но для человека который «пашет» по 8-10 часов в сутки и еле сводит концы с концами такая мысль скорее всего покажется абсурдной. “Мне сейчас не хватает на жизнь, что будет если я стану работать ещё меньше?» - примерный ход рассуждений среднего человека. Но ведь и восьми-часовой день когда-то казался фантазией, и потребовалось немало страданий, много крови и несколько революций что бы он стал реальностью. И сто лет назад рабочие «упахивались» по 12-14 часов в день, но оказалось что экономика прекрасно существует и когда люди работают много меньше. Проблема в том, что данное изменение не может произойти само собой, под влиянием рынка. Нужно планирование и государственное вмешательство.

Если же вернуться к обсуждению проблемы текущего кризиса, то понятно, что на данном этапе можно попытаться «снять» наиболее острые проблемы, например ввести более жёсткое регулирование в финансово-кредитной сфере, но избежать внесения по настоящему кардинальных изменений, и «протянуть» ещё какое-то время. И это по существу является вариантом наиболее устраивающим существующую финансовую олигархию. Этот вариант гарантирует сохранность её доминирования. Вопрос в том, возможно ли это? Кризис разразился от того, что «сдетонировал» накопившийся заряд долга. Часть долга при этом «сгорела». Поэтому можно попытаться «перезагрузить» кредитную систему, активизировать массовый спрос и продолжить наращивание долга. Так что ждем, когда провал этой попытки станет очевидным для всех.

Кардинальным решением проблемы должно стать пересмотр принципов распределения дохода в обществе. Распределение дохода - это не значит: «отобрать и поделить», распределение - это значит создать условия, которые бы позволили людям зарабатывать много больше среднего, но не позволили бы создавать избыточную концентрацию капитала и предотвращали бы создание мощных олигархических групп узурпирующих власть государства. Необходимо поддерживать оптимальное соотношение между доходами богатых и бедных, соотношение при котором социальное неравенство всё ещё бы выполняло функцию стимулирования прогресса, но было бы недостаточным для финансового доминирования. Доходы населения и доходы элиты должны расти сбалансировано, и только при условии настоящего экономического роста, а не за счёт перераспределения.

(продолжение на http://tomsk7.livejournal.com/)

Читать далее →

Уже 2 августа технический дефолт может серьезно поразить американскую экономику. И не только США.

В странах - крупнейших держателях американских государственных облигаций, прежде всего в Китае (более $1,15 трлн) и Японии ($890,3 млрд), на которые приходится 40 процентов американского госдолга, - готовятся к непростым временам, сообщает ria.ru. Сегодня понятно, дефолт или даже любая серьезная неуверенность в американских финансовых рынках приведут к резкому подъему процентных ставок и ослаблению курса доллара в любом случае. Такая ситуация неминуемо скажется на темпах экономического развития этих стран.

Не только в Восточной Азии напряженно ждут разрешения нестабильной ситуации в США, связанной с решением правительства увеличить потолок госдолга США.

Экономисты в России также озабочены вероятным техническим дефолтом, за которым последует падение курса доллара. С одной стороны, это принесет укрепление рубля, но с другой - рубль может просесть по отношению к другим мировым валютам. А это уже - серьезная угроза российскому фондовому рынку.

Если в ближайшее время не будет принято решение о повышении верхней планки госдолга, то уже с середины августа США не смогут обеспечить свои обязательства, что приведет к обвалу фондовых рынков и экономики многих стран начнет трясти.

С начала 2000-х годов США 10 раз поднимали потолок госдолга. Есть надежда, что и на этот раз заинтересованные стороны сумеют договориться. Ведь сегодня уже все понимают, что взаимозависимое существование в глобальном мире не позволяет отдельно взятой стране решать свои проблемы без оглядки на мировое сообщество. В противном случае, предупреждают аналитики, нам грозит новый мировой кризис.


Алефтина Постернак

интернет-газета Единый мир

Читать далее →

Кризис перепроизводства – это кризис эгоистического желания получить сверх необходимого.
В. Кабрут

Представьте себя в салоне самолета. Вы, откинувшись в услужливо поддавшемся движению вашего тела кресле, читаете свою любимую газету об успехах вашего правительства и вашей экономики. Очаровательные стюардессы разносят прекрасные напитки и еду, а по внутреннему телевизору идут ваши любимые фильмы. Вы решили размять затекшие ноги и, подойдя к кабине пилотов, с ужасом обнаруживаете, что она... пуста! И все успокаивающие речи не более, чем запись, сделанная когда-то давно. Вы бросаетесь к стюардессам, но они даже не знают, куда летит самолет, и существует ли аэропорт, готовый вас принять! Это действительно трагическая ситуация, и что вы испытываете? Страх, конечно! И нет ничего, чтобы успокоило вас.

Так вот, наше поколение отличается от прежних величиной этих страхов, их интенсивностью, глубиной. В самом деле, когда везде и во всем царит неопределенность, неуверенность, тогда беспомощность и отчаяние постепенно овладевают нами.

Экономический прогресс, влекущий за собой технологический, имеет очень интересную особенность: то, что делалось вчера большим количеством людей и с большими затратами труда, сегодня делается меньшим количеством людей и меньшим использованием физического труда.

Но, скажем, лет 300 назад и почти до нашего времени, высвободившаяся в результате прогресса рабочая сила, направлялась на освоение новых территорий, благо, недостатка в них не было: Америка, Австралия, Новая Зеландия... И вышла она вся из Европы, единственного места на Земле, где производили "лишних" людей, не удовлетворяющих требованиям экономики того времени. Такая миграция устраивала Европу и работала на пользу миру, который благодаря заполнению "белых пятен" в нем постепенно обретал общность, связи, глобальность, говоря современным языком.

Так было, а что мы видим теперь? Прогресс продолжается, технологии все более сосредотачиваются на использовании интеллекта и количество лишних людей продолжает расти. Однако им некуда ехать, нет более ничьих земель, и тогда они становятся бременем для государства, вынужденного посадить их на социальную помощь, разные программы переучивания и так далее. До поры до времени это был выход. Давали людям пособие по безработице – чтобы молчали и не выпадали из системы спроса и предложения, то есть продолжали покупать, брать кредиты в надежде на выплаты из будущей работы и так далее.

Ранее люди, дожившие до преклонных лет, пользовались уважением в обществе. Их опыт, знания , помогали молодежи строить и развивать общество, как его ячейку – семью, так и в масштабах государства. Последние десятилетия показывают, что общество более не нуждается в стариках, их не берут на работу, они становятся обузой, балластом. Виной тому - стремительно растущий эгоизм. Процесс интеграции молодых в обществе ускорился неимоверно, люди пожилые не успевают за развитием технологий и отходят от активной деятельности.

Если недавно участь безработного была уделом пожилой и старой части работоспособного населения, то теперь возраст "лишних" людей стремительно молодеет. В Европе после 40 уже практически приличную работу не найдешь, в Америке тоже, хотя высококлассные специалисты еще востребованы. Но процесс-то, процесс!

Количество рабочих мест стремительно уменьшается. Идет сокращение производства, а значит и потребления, и недалек день, когда миллиарды окажутся не у дел. В США, например, рынок труда меняется. Исчезают рабочие места на промышленных производствах, даже у многих представителей среднего класса с высокой заработной платой рост занятости прекратился и даже снизился. Компании ищут различные способы, чтобы уменьшить количество работников в тех областях, где требуется квалификация. Для этого рабочие места делаются более простыми, чтобы уменьшить требуемые навыки и соответственно уменьшить зарплату таких работников. То, что ранее было работой дорогого программиста, теперь делится на части, которые выполняются в разных местах, но совсем за другие деньги, гораздо меньшие.

Аутсорсинг кому-то принес большие выгоды, а кому-то большие проблемы. Молодежь, которая достигла 20-25 лет и не работает, потому что работы в собственной стране нет, привыкает к этому и уже не хочет работать. Кроме выработанной в себе привычки не работать, они еще и передают ее детям.

Почему молодых людей, совершающих суицид, в мире становится всё больше? Пустота желания вынуждает убить себя, только не ощущать пустым. Суицид - реакция на невозможность в нашем мире заполнить себя. Ведь человек ощущает жизнь в наполнении желаний!

С работой все труднее, потому что то, что мы умеем и знаем, чему нас учили, уже никому не нужно. Мир насытился до отрыжки, и ему все меньше нужны рабочие руки, чтобы производить излишества. То есть человечество постепенно приходит к тому, что перестает нуждаться в лишних вещах. Разумеется, процесс этот еще в начале своего развития и мы по-прежнему приобретаем и приобретаем. Но ружье, висящее на стене в первом акте драмы, обязательно должно выстрелить. Вопрос, - когда...

Необходимое – всем! Вот роль экономики будущего, работа для обеспечения мира всем насущным. Новый мир – это общество разумного и рационального потребления и глобального единения. И мы к нему идем с такой скоростью, что уже сегодня нам нужны знания о новом обществе для успешной в нем абсорбции и жизни.

Влад Рутус

интернет-газета"Единый мир"

Читать далее →